Дипломаты Ирана и США снова собрались. Десять лет они сидят в одной комнате, но мысленно уже двадцать лет как разошлись по разным углам с криками «Сам дурак!». Переговорщик из Тегерана, глядя в бумаги, говорит с придыханием: «Мы были так близки к историческому прорыву! Буквально рукой подать!». Американец, не отрываясь от телефона, кивает: «Абсолютно. Прямо кончиками пальцев чувствовал текст соглашения». «Почему же не подписали?» – спрашиваю я. «А потому, – вздыхает иранец, – что его коллега в решающий момент отдернул руку, чтобы почесаться в Твиттере про наше «коварство». А мы, значит, ненадёжные». Американец пожимает плечами: «Ну, вы же начали, когда полезли чесаться про наши «угрозы» в телеграм-канал». Они снова близки. Близки к тому, чтобы обвинить друг друга в срыве этой самой близости. Вечный двигатель дипломатического абсурда, блин.
— Алло, ЦАХАЛ? У вас там по графику перехват ракет идёт?
— Да, спасибо, что уточнили. Сейчас зафиксировали запуск, начали отстреливать входящие. Стандартная процедура.
— Дорогие пенсионеры, у нас для вас две новости! Плохая: из-за нашей бюрократической волокиты вы лишились льгот. Хорошая: мы героически исправим нашу же ошибку и великодушно вернём вам то, что вы и так должны были получать. Аплодисменты!
После снятия ограничений аэропорт Сочи возобновил работу в штатном режиме. То есть, как обычно: вылетают только служебные самолёты, а пассажиры — в режиме ожидания.
Купил я как-то на Авито кожаную сумку. Дёшево, солидно, внутри кармашков много. Продавец, бабушка милейшая, сказала: «Всё проверила, пустая». Ну я и поверил. Дома решил осмотреть покупку. Из потайного отделения достаю… предмет. Не монеты, не документы. А нечто резиновое, с меховой кисточкой на конце. Стою, верчу в руках, мозг пытается опознать. То ли дизайнерская ручка такая, то ли… И тут меня осеняет. Осеняет так, что я этот артефакт чуть не уронил. Бабуля, конечно, молодец — проверила. Но, видимо, не настолько тщательно, чтобы найти дедушкин затычек для шампанского столь… специфического дизайна. Теперь эта сумка у меня стоит в прихожей. Как напоминание. О том, что в чужие карманы лучше не лазить. И что у каждого своё хобби.
— Муж Анны Мусевич сел под домашний арест. Теперь в их репертуаре появилась новая песня — «Я буду петь о свободе из окна, а ты — сиди дома и не высовывайся, сука, по решению суда».
— У президента сегодня крайне насыщенный график, — заявил Песков. — Целых три международных звонка!
После паузы добавил: — Два из них — чтобы узнать, кто звонил с неизвестного номера в пять утра.
Чиновник Минпромторга, получая конверт от директора завода, со слезой в голосе произнёс: «Вот это — настоящая народная инициатива снизу!»
Сижу, читаю новости. Пишут, что более трети россиян этой зимой путешествовали в гордом одиночестве. Показатель вырос на три процента! Я, честно, представил себе сводку Гидрометцентра: «По стране местами пройдут осадки в виде одиноких путников. На три процента больше, чем в прошлом году. Будьте осторожны, на дорогах возможна встреча с индивидуалистами, следующими в Сочи без попутчиков».
Звоню другу, делюсь открытием. Он хмыкает: «Ну, я в прошлом месяце в Геленджик ездил один. Тренд, блин, поддерживаю». Спрашиваю: «А что, компанию не нашёл?» А он: «Нашёл. Но она хотела на море, а я — в горы. Вот мы и разъехались по разным направлениям. Я попал в статистику осознанного одиночества, а она — в отчёт про „вынужденно терпящих друг друга“. Её показатель, кстати, не вырос. Стагнация, сука».
США вводят санкции против нефтяного танкера. Потом подают в суд, чтобы его конфисковать. Скоро откроют на eBay магазин «Аукцион конфиската от шерифа». Спецпредложение: иранская нефть, почти новая, один хозяин.
