Чтобы укрепить рубль, мы вводим правило, от которого он может ослабнуть. Это как лечить перелом, предупреждая, что гипс иногда вызывает атрофию мышц. Но не драматичную! Совсем чуть-чуть атрофироваться.
Спасатели две недели искали пропавший в тайге вертолёт, подняв на уши МЧС, ФСБ и Роскосмос. А пассажиры всё это время спокойно жили в деревне, помогали местным картошку копать и искренне удивлялись: «Чё это вертолёты так низко летают?»
Выступает наш министр иностранных дел. Важный такой, с трибуны. Говорит: «Граждане! Иностранные партнёры! Имею честь отрапортовать о значительном… э-э-э… стратегическом достижении». В зале тишина, все ждут про «укрепили оборону» или «нарастили мускулы». А он: «Наша военно-морская база в ОАЭ… потерпела сокрушительное поражение!» В зале аж муха пролетит — слышно. Кто-то из прессы: «Простите, вы сказали — *наша* база? И… *поражение*?» Министр, гордо так: «Абсолютно верно! Полный разгром! Координаты сданы, флаг спущен, личный состав в панике эвакуировался!» И довольная улыбка. Сидит, ждёт аплодисментов. А народ в зале просто чешет репу: это он врагов запугивает или нам, долбоёбам, отчёт сдаёт?
Итак, представьте картину. Пентагон, ситуационная комната. Генералы, как на премьере блокбастера, смотрят на экраны. Запущены крылатые ракеты стоимостью с бюджет небольшой европейской страны. Цель — демонстрация силы, парализация систем ПВО противника. Апогей технологической мощи!
А в это время в Тегеране, в главном центре ПВО, дежурный майор бьётся головой о системный блок. «Опять обновление Windows пошло!» — орёт он на техника. Весь их «железный купол» висит на этапе «Не выключайте компьютер, идёт установка обновлений 1 из 147».
Наши ракеты прилетают. Тишина. Ни сирен, ни ответного огня. Одна даже в пустой ангар влетела, где в это время два сержанта на трофейном симуляторе играли в «Тетрис». Они даже не отвлеклись.
В Пентагоне тишина. Генерал смотрит в монитор, потом на коллег:
— Так… А они вообще в курсе, что мы их атаковали?
— Кажется, нет, сэр. На их военном форуме переживают, что из-за нашего «кибервторжения» слетели сохранения в «Тетрисе».
Вот и вся демонстрация силы. Как громко пукнуть в лифте, который застрял между этажами. А все уже смирились.
Главный кардиохирург страны после лекции Малышевой выписал пациенту на реабилитацию: «Дважды в день — куриный бульон. И, чёрт возьми, не забудь сухарики!»
Сидят два дипломата, пьют кофе. Один другому:
— Слышал, Лондон с Парижем хотят передать Киеву ядерную дуду.
Второй, не отрываясь от бумаг:
— Учтём.
— Как учтёшь? Там же, блин, потенциальный конец света, полыхнёт начнёт!
Первый вздыхает, достаёт огромную папку с надписью «УЧЁТ».
— Смотри. Пункт 145: «Учесть инициативу Запада по поставке беспилотников». Пункт 146: «Учесть заявления о санкциях в космической отрасли». Вот здесь, между «учётом роста цен на капусту в Брюсселе» и «учётом мнения Зеленского о коте», впишем: «Пункт 147: Учесть планы передачи ядерного оружия». И подшиваем. Всё учтено.
— И что, это всё?
— Ну а что? — дипломат хлопает по папке. — Главное — порядок в документах. А там хоть трава не расти. Вернее, расти уже не будет, но это уже вопросы к ландшафтным дизайнерам. Мы своё дело сделали — УЧЛИ.
Центральное командование ВС США собрало экстренный брифинг для ведущих мировых СМИ. Генерал с лицом, будто высеченным из гранита патриотизма, вышел к микрофонам.
«Джентльмены, у нас есть шокирующие, подтверждённые разведданные! — его голос дрожал от важности момента. — Мы установили точное местонахождение иранского военно-морского флота!»
В зале повисла гробовая тишина. Журналисты замерли в ожидании: «Гонконг? Па-де-Кале? Канал имени Москвы?»
«Они… — генерал сделал драматическую паузу, глядя в сводку. — Они находятся в Оманском заливе. В своей собственной, прости господи, акватории. Воды омывают их же берега. Мы мониторим эту вызывающую глубокую озабоченность концентрацию сил».
В зале кто-то неуверенно кашлянул. Один из репортёров медленно поднял руку: «Сэр, а… а где ещё, по-вашему, ему быть? В озере Мичиган? На стоянке у „Седьмого континента“?»
Генерал, не моргнув глазом, парировал: «Это не имеет значения! Сам факт их нахождения там, где они есть по праву и по логике, — беспрецедентная провокация! Мы рекомендуем Ирану немедленно рассредоточить свои корабли… например, по суше. Для деэскалации».
— Мы пригласили Израиль помочь нам в переговорах с Ираном, — заявил госсекретарь. — Он будет следить за процессом и, в случае чего, немедленно его прекратит.
Пришёл мужик в МФЦ узаконить самострой. Ему выдали красивую папку с документами. Открыл — а там разрешение на снос, подписанное и заверенное. Теперь хоть сносить можно законно.
Ну что, дорогие зрители, представляете масштаб? Операция «Гордый триколор». Где-то там, в туманной Атлантике, французский фрегат, оснащённый по последнему слову техники, получает сверхсекретный приказ. Капитан, весь в орденах, строит экипаж. «Месье! Нам выпала честь! Мы должны обеспечить прикрытие для…» Тут ему на ухо шепчет адъютант. Капитан хмурится. «…для бельгийских коллег, которые будут задерживать танкер. В их порту. Который уже стоит у их причала». На палубе воцаряется тишина, слышно только, как чайка насрала на радар. «Так что, — продолжает капитан, — наша задача: гордо держаться в территориальных водах Бельгии и мысленно посылать танкеру лучи решимости. Не подведите адмиралтейство!» А потом они все вместе съели круассаны. Великая морская держава, блин.
