В аэропорту объявили: «Из-за наших косяков рейсы задерживаются. Актуальную информацию о том, насколько именно мы всё просрали, пассажиры могут узнать на табло». Спасибо, кэп. Теперь я слежу не только за чемоданом, но и за вашей профессиональной непригодностью.
РЭО разрешил не измерять мусор, а прикидывать на глаз. Наконец-то мой метод «сравнительного анализа» с соседкой по площадке, у которой три кота и муж-строитель, признан научным! Я смотрю на её пакеты и думаю: «Боже, какая я чистюля».
Читаю новость: «В Симферополе из-за разгерметизации газопровода возможны перебои. Специалисты прилагают усилия». И понимаю, что это — идеальная формулировка для описания моей личной жизни. У меня тоже постоянная «разгерметизация» всего: планов, нервов, туши на ресницах после дождя. И я тоже постоянно «прилагаю усилия». Весь мой день — это одно сплошное усилие. Усилие не заказать на завтрак торт, усилие сделать вид, что я запомнила имя нового коллеги, усилие не отправить бывшему голосовое сообщение на пять минут рыданий под Билли Айлиш. И главное — результат так же непредсказуем! Могут быть «перебои» с настроением, с готовкой ужина, с адекватностью. Но официальное сообщение от меня миру всегда одно: «Специалист (то есть я) прилагает усилия. О результатах будет сообщено дополнительно. Или нет». А газ-то хоть когда-нибудь дадут?
Моя подруга Лена всегда так собирается на свидание. «Встречаемся в семь!» – пишет, а сама в это время только начинает выбирать, какие носочки надеть под джинсы. Пока я томлюсь в баре, она мне скидывает фото: «Вот эти или в сердечках? Я ещё не мылась». К девяти она только выходит из дома. Я думала, это чисто женская фишка – объявить срочный выдвиг, а потом три часа решать фундаментальные вопросы гардероба.
А вон оно как, оказывается. Читаю новости: британский эсминец, демонстрация силы, срочное направление в горячую точку. Представляю себе этого стального мачо, весь такой грозный и оперативный. А новость уточняет, что он, бл*ть, ещё в Портсмуте стоит и выдвинется «не раньше следующей недели». Видимо, у него тоже вопросы: теми ли камуфляжными полосками покрасились, взять ли на борт дополнительный запас чая, и вообще – не перенести ли всё на осень? Мужская организованность, чо. Прямо как Лена, только с ракетными установками.
Мой муж, человек с железобетонной логикой, на все кризисы имеет один ответ: «Главное — не паниковать». Сломалась стиралка, залив кипятком кухню? «Не паникуй, найдём мастера». В пробке стоим второй час, а у меня уже десять минут как начались схватки? «Дыши, родная, главное — спокойствие». Вчера сидим, смотрим сериал, и вдруг — вой сирен. Ракетная опасность. Сердце ушло в пятки, ладони ледяные. Он отрывает взгляд от экрана, смотрит на меня своим мудрым взглядом бывалого и говорит: «Ну, ты поняла. Сохраняй спокойствие». Я так и села. Сижу, сохраняю. Думаю, если прилетит, то мой недотопленный труп с идеально ровным пульсом будут ставить в пример на курсах гражданской обороны.
Сижу я вчера, значит, на кухне. Пью вечерний чай, листаю ленту. А там — новость. Трамп, наш бывший всеамериканский дедушка, лично заверил, что удар по школе в Иране расследуется. Сидит, понимаешь, в Мар-а-Лаго, жуёт гамбургер, и ему докладывают: «Дональд, там в Иране школа пострадала». А он такой: «Расследуется! Я сказал!» Как будто у него там, между сменой подгузников и проверкой Truth Social, в ежедневнике пунктик: «10:00 — позвонить Путину, 11:30 — гарантировать расследование в иранской провинции».
И вот смотрю я на это, и меня осеняет. А ведь гений! Я же тоже так могу. Беру телефон, звоню провайдеру. Трубку, естественно, никто не берёт. Жду десять минут. Потом беру и пишу в чат поддержки голосовым сообщением, солидно так: «Это ваша клиентка Складчикова. Заверяю, что проблема с Wi-Fi в моей квартире — расследуется. Принимаются все меры. Ситуация под личным контролем». Отправила.
Муж из комнаты кричит: «Ты там с кем? Wi-Fi опять отвалился!»
А я ему, не моргнув глазом: «Расследуется, дорогой. Расследуется. Я всё взяла под личный контроль». Сижу, чай допиваю. Чувствую себя эффективным менеджером планетарного масштаба. Проблема-то не решается, но зато как звучит! Главное — вовремя заверить.
Моя подруга Катя, психолог по образованию, завела роман со стриптизёром. «Это же живое пособие по компенсации! — вещала она за бокалом вина. — Его работа — раздеть, моя — раздеть душу до нитки. Мы идеально дополняем друг друга!» Месяц они прожили в блаженном психоанализе его детских травм. А потом он её бросил. Сказал, что устал от её вечных расспросов. Катя три дня рыдала, а на четвёртый заявила: «Всё поняла. Это не профессиональная деформация. Это просто мудак. Я его на сеансах по кусочкам собирала, а он взял и вынес весь готовый пазл на помойку в двух чемоданах. Без спроса. Типичное нарушение личных границ». И пошла записываться на танцы на пилоне. Говорит, хочет понять методологию врага изнутри. Ну, или просто хочет к лету подкачать попу. И то, и другое — отличная терапия.
Две мои подруги, Катя и Оля, договорились о сверхсекретной встрече, чтобы обсудить, какую именно скидку в «Лэтуаль» они будут брать в эту пятницу. Я, как случайный свидетель, наблюдала этот заговор из-за соседнего столика. Катя, прикрывая рот ладонью, шипела: «Слушай, если мы возьмём по три крема, то третий будет в подарок, но тогда нам не хватит на сыворотку с ретинолом». Оля, озираясь по сторонам, отвечала шёпотом, от которого дрожала ванильная пенка: «А если купим сыворотку сейчас, то в пятницу к ней дадут пробник тональника... но тогда мы пролетим с акцией на шампунь!» Они склонились над телефоном, их лица искажались от напряжения стратегического планирования. В этот момент официант громко спросил: «Девушки, вам счёт на одну или на две тайные операции?» Их синхронный взгляд убийцы был шедевром. Я поняла: настоящие государственные тайны — это не про ядерные коды. Это про то, как не промахнуться со скидкой на увлажняющую маску.
Представьте себе совещание в женском коллективе, где уже три часа обсуждают, какую стрижку сделать подруге Кате. Аргументы «ей не идёт» и «она сама хочет» звучат с пеной у рта. В итоге все сходятся на том, что стрижка — говно, Катя будет выглядеть как пугало, но раз уж она вляпалась к этому стилисту-любовнику, то теперь надо отдуваться и делать вид, что всё окей. А потом все дружно идут и делают себе точно такое же каре, потому что «тренд же». Вот примерно с таким же чувством глубокого внутреннего абсурда, я уверена, проходят и заседания правящих партий в некоторых странах. Обсуждают отмену санкций, все кивают: «Да, логично, экономика страдает, пора бы уже». А потом выходят из кабинета, вздыхают и продолжают голосовать за новый пакет ограничений. Потому что «тренд же». И любовник-гегемон обидится.
Мой муж, как «Газпром», прислал отчёт о проделанной за неделю работе. В разделе «Бытовая инфраструктура» значилось: «Вынесен мусор. Отражена атака на холодильник (два бутерброда, йогурт). Подача горячей воды в ванную восстановлена после переговоров с котлом». Я читаю и понимаю, что это не шутка. Это его искреннее восприятие реальности. Для него моя истерика из-за сломанной стиральной машины — это «кибератака на логистический узел», а не «жена опять три часа ревела в подушку». И знаете, в какой-то момент это даже успокаивает. Подумаешь, геополитический кризис на кухне! Главное — экспортные поставки кофе по утрам не прекращались.
