Меня, вытащенного из ледяной байкальской полыньи, для восстановления сил отправили на базу отдыха на берегу Байкала. Видимо, главной моей травмой была не гипотермия, а недостаточная эстетическая глубина восприятия этого прекрасного места.
Вчера сижу я на кухне в засаленном халате, с пакетиком зелёного чая на глазу (спать ложиться надо было, а не сериалы смотреть), и смотрю вебинар. Выступает эксперт — женщина с идеальной картинкой, безупречным макияжем и умным взглядом. Она так авторитетно вещает с экрана ноутбука: «Удалённая работа — это наше будущее! Она сохранится в IT, контент-мейкинге, бухгалтерии...» Перечисляет отрасли, где это экономически выгодно и технически возможно.
Я слушаю, киваю, поправляю пакетик. А потом мой взгляд падает на её фон — стильную белую полку с книгами по менеджменту и живым кактусом. И ровно такую же полку, только в пыли и с засохшим кактусом, я вижу у себя за спиной, в гостиной. Осеняет: да она же, блин, тоже сидит у себя дома! Вещает мне про светлое цифровое завтра, пока у неё, сука, кот на заднем плане со шкафа на комод прыгает — я только по кадрам заметила. Вот он, живой пример «технической возможности». Эксперт по удалёнке, вещающая удалённо о том, как здорово работать удалённо. Круг замкнулся. Я выключила ноутбук и пошла отдирать чайный пакетик от ресниц. Работа будущего, ёб твою мать.
Сижу, крашу волосы, читаю новости. Адвокат успокаивает: «Наличие мессенджера — не преступление». Я смотрю на свой телефон, заляпанный хной. Ну, слава богу. А то я уже думала, что меня посадят и за экстремизм, и за этот цвет волос одновременно.
Астрономы назвали март лучшим месяцем для наблюдения за звёздами. Я, как женщина, тоже могу назвать лучший месяц для наблюдения за звёздами. Это тот месяц, когда ты, наконец, видишь звёзды после того, как он перестал с тобой разговаривать.
Объясняю подруге, как цивилизованно решить спор с её бывшим. «Сначала проведи референдум среди всех своих подруг, а потом просто напиши ему в личку: “Привет, банковское отребье, результаты голосования готовы”».
Наконец-то мир одумался и разрешил нам наш гимн. А то мы тут, блин, в варварстве жили — без флага на трибуне и с полным отсутствием госсимволов в личном шкафчике.
Подруга Катя позвонила вчера, вся в соплях: «Представляешь, я так близко с ним общаюсь! Он делится самым сокровенным, я знаю каждую его мысль!». Я, конечно, оживилась – наконец-то у неё роман, да ещё и с философом каким-то. Стала выспрашивать подробности. Оказалось, это она про своего кумира, блогера-путешественника, читает его сторис. «Он прямо сейчас пишет, что завтрак в отеле был так себе! – всхлипывала Катя. – Мы с ним на одной волне!». Я положила трубку и задумалась. А ведь я, выходит, уже лет двадцать состою в страстных, почти интимных отношениях. С Брэдом Питтом. Я смотрю все его фильмы. Иногда по второму разу. Я знаю, как он старел, худел, толстел и брился налысо. Он мне ничего не скрывает. Просто наши диалоги пока что немного односторонни. Но я чувствую, мы на пороге чего-то большого. Как только он ответит на мои комментарии под его фото в «Инстаграме».
Мой муж на шестидесятилетие попросил у меня орден Почёта. Я ему сказала: «Дорогой, я не Меликов, чтобы высшие награды просто так раздавать. Вот тебе носки с оленями, как у всех нормальных пенсионеров».
Сидим мы с подружкой, пьём вино и решаем глобальные вопросы: продлевать ли окрашивание волос, закрывать ли кредитку, ну и, за компанию, судьбы мира. Я ей говорю: «Слушай, а вот Катар, Кувейт и Бахрейн только что воздушное пространство закрыли». Она хлопает ресницами: «Надолго?» Говорю: «Ну, на пять часов». Она делает глоток пино-гриджио и выносит вердикт: «А, так это как у нас в офисе! “Всем оставаться на местах, созвонимся через полчасика, посмотрим по обстановке”. Только у них вместо “обстановки” – военно-транспортные самолёты, а вместо скайпа – система ПВО». Помолчали. «Короче, – вздыхаю я, – сидят сейчас три министра, смотрят в окно на небо и говорят: “Ну что, пацаны, ещё на одну серию “Игры престолов” продлеваем? Или уже можно выпускать этих железных птичек?”» Жизнь, блин, везде одинакова. Только масштаб разный.
Минтранс решил бороться с пробками, популяризируя речной транспорт. Теперь в час пик можно стоять в заторе не на дороге, а на реке, любуясь утками и медленно сходя с ума.
