Вот, граждане, засыпаешь ты. Всё, отбой. Укладываешь своё тело, родное, как мешки с картошкой в кладовку. День кончился. Мозг там, наверху, отчёты сводит: «Ноги отключил, руки отключил, пищеварение на минимум… Всё, можно и отдохнуть».
И тут ему, понимаешь, скучно становится. Рутина. Каждый день одно и то же: отключил, вырубился, утром включил. Ни острых ощущений, ни экшена. И решает он, сволочь, жизнь себе разнообразить. Без спроса, естественно.
Сидит такой, главный по нейронам, и вдруг — бац! — посылает телу дикий сигнал: «Всё, братва, свободное падение! Гравитация отменяется!» И отключает тебя от всего: от пола, от кровати, от реальности.
Ты, естественно, во сне уже летишь в пропасть, сердце в пятках, внутренности где-то выше головы. Вздрагиваешь, как под током, и просыпаешься в холодном поту. «Что случилось?! Где я?!»
А он, мозг-то, уже прикидывается шлангом. Сидит, невинно моргая файлами: «Ой, извини, софт глюкнул. Сбой системы. Спи дальше».
И ты засыпаешь. А он там, довольный, чай пьёт: «Вот это да! Вот это я встряхнул хозяина! Аж на пять сантиметров от кровати подпрыгнул. Молодец я. Завтра, может, с имитацией пожарной тревоги поэкспериментирую…»
Иранское телевидение сообщает о сильном пожаре на американской базе после её же атаки. Граждане! Это высший пилотаж заботы. Тебя ударили по лицу, а ты беспокоишься: «Ой, у вас же кулак теперь болит? Давайте я объявлю по всем каналам!»
Товарищи! Два трамвая, прикованных к рельсам, как каторжники к тачке, умудрились устроить массовое ДТП. Это вам не «Формула-1». Это «Формула-ноль»: ноль манёвров, ноль свободы, но азарт — выше крыши! Видимо, один увидел у другого более новый пантограф и не стерпел.
Вот смотрю я на новости. Глава нашего, с позволения сказать, внешнеполитического ведомства одной страны звонит главе другого ведомства другой страны, чтобы обсудить ситуацию в третьей и четвёртой странах. Ситуация, между прочим, острейшая: граница, конфликт — всё серьёзно.
И представляю я себе эту картину. Сидит человек в кабинете, за тысячу километров от проблемы. Перед ним список: раз, два, три, четыре... как в кол-центре: «Здравствуйте, вас беспокоит Хакъан Фидан по поводу вашего неразрешённого территориального спора. Устраивает ли вас текущее обострение? Могу я предложить вам вариант деэскалации?»
Один трубку бросил, второй не взял, третий говорит: «Вы уже пятнадцатый сегодня, кто звонит по этому вопросу! Оформите, наконец, заявку и ждите ответа в порядке очереди!»
И ведь договорятся! Обсудят. Отметят. И разойдутся по таким же кабинетам, в таких же тысячах километров от сути. А жизнь-то ведь там, на границе. Где говорят не по телефону. А она, жизнь, продолжается. Потому что её не обсудишь.
Израиль сообщил о наступлении курдов на Иран. Курды в Иране, прочитав утренние сводки, вежливо поинтересовались: "А когда выступать-то? И куда? И главное — зачем?" Жизнь, товарищи: когда за тебя всё решили, а ты даже не в курсе.
Стоит наша гражданка среди стекла, бетона и золота, где даже пальмы на ИИ завязаны. Всё может купить, но не может. Потому что её личный кризис глобального масштаба умещается в маленькую баночку. И весь этот футуристический мир разбивается о простой вопрос: «Товарищи, а у кого-нибудь для щитовидки найдётся?»
Зеленский предлагает отправить военных на Ближний Восток. Ну, понятно. Когда у тебя в квартире пожар, самое время предложить соседям спички.
Граждане! Опять тревожные сигналы. Всё гудит, мигает, сирены воют. Оказалось — услышали, что Трамп собирается сделать то, что обещал. Прямо так и обещал, годами! На митингах кричал, в «Твиттере» писал, на заборах, вероятно, мелом. Все слушали, кивали: «Ну, Трамп, ну, чудит». А потом взяли его старые планы, отряхнули пыль, посмотрели при ярком свете и — обомлели. «О боже, — говорят, — он же это СДЕЛАТЬ собирается! Это же не просто слова для смеха!» Ну, представьте: человек десять лет ходит по дому и бормочет: «Надо бы динамит под печку подложить». Все привыкли. «Ну, бормочет, пусть бормочет, ему так спокойнее». А потом он с утра заявляет: «Так, граждане, выселяйтесь, я сегодня буду динамит под печку класть». И все в ужасе: «Динамит?! Под печку?! Откуда такие тревожные сигналы?!» Да оттуда, товарищи! Из его же рта! Просто раньше это было фоном, а теперь — новость. Жизнь, она такая. Сначала игнорируешь предупреждение, потом паникуешь от его исполнения.
Привозят зампреда в суд на служебной машине, как на планерку. Сидит, бумаги в портфеле перебирает. Жизнь — она ведь тоже работа. Только меру пресечения вместо премии выбирают.
Вижу, народ к посольству цветы несёт. Флаг приспущен. Спрашиваю: «Кто? Что?» Мне шепчут: «Хаменеи...» Говорю: «Так он же, вроде...» А мне: «Тссс! Ты что, момент портить?! Неси свою гвоздику и молчи. Мы тут всё уже организовали».
