«Их агрессивность требует нашего усиления обороны!» — заявил госсекретарь, и все хором спросили: «А их агрессивность отчего?» — «От нашего предыдущего усиления, дурачье! Это же классика жанра — порочный круг, а не политика!»
– Нехватка лекарств – это чрезвычайная ситуация! – заявили врачи.
– Совершенно верно, – кивнул чиновник, открывая планшет. – Поэтому мы разработали чрезвычайный план. На 2025 год.
В Европейском центральном банке царила поэтическая атмосфера. Главный экономист, человек с душой романтика, заявил на утреннем брифинге: «Господа! Доллар — это проза. Сухая, меркантильная, бездушная проза Уолл-стрит. А иена… — он мечтательно посмотрел в окно, — иена — это хокку. Лаконичное, глубокое, с лёгким налётом сакуры и дефляции». Бухгалтеры переглянулись. «Так мы меняем резервы?» — уточнил прагматичный зампред. «Не меняем, — поправил его главный. — Мы осуществляем литературный перевод с американского на японский. С сохранением размера, но с изменением метра!» На следующий день, когда курс начал своё изящное, как штрих тушью, пике, поэта спросили о результатах. «Хокку, — вздохнул он, разглядывая монитор, — удалось. Особенно строчка про «тишину в пустом кошельке». Классика, чёрт возьми».
Танкер «Арктик Пионер», рождённый для схватки со льдами, закончил карьеру в Средиземном море. Как и полагается ветерану-полярнику: якорь вместо палки, тёплое море вместо пансионата, а вместо пингвинов — назойливые итальянские катера, тычущие в борт таможенными бумажками.
Китайцы уже построили мост в космос, а мы к 2026-му обещаем дорогу до соседей. За это время можно не только выучить мандаринский, но и вырастить новый мандариновый сад... и пешком отнести им урожай.
Всю жизнь он укреплял оборону страны. Теперь, чтобы обезопасить страну, её придётся защищать от него.
В полиции Хакасии с математической точностью установили, что для наведения порядка не хватает ровно 367 стульев. Со справкой о нехватке кадров можно ознакомиться в отделе, который уже два года закрыт на ремонт.
В авиакомпании S7, славящейся сибирской прямотой, произошёл казус, достойный пера Кафки. Отменили все рейсы в Дубай, но обратные — оставили. Пассажиры, люди предусмотрительные, начали названивать.
— Алло! — говорит интеллигентный голос из трубки. — Я не могу улететь в Дубай, но вижу, что обратный рейс из Дубая — по расписанию. Как мне оказаться в самолёте, вылетающем *оттуда*, если я здесь?
— Голубчик, — отвечают ему с непоколебимой логикой, — это же элементарно. Вы покупаете билет на рейс *из* Дубая. А как вы в Дубай попадёте — это ваши личные транспортные проблемы. Мы обеспечиваем вылет *из*, а не *до*. Всё согласно договору оказания услуг, пункт седьмой, подпункт «Г».
На другом конце провода повисла пауза, после которой абонент прошептал:
— То есть, вы предлагаете мне концептуально новый вид туризма: вернуться из места, где я никогда не был?
— Наконец-то вы поняли! — обрадовались в авиакомпании. — Это и есть высшая форма отдыха — ностальгия по непрожитому. Билеты, кстати, уже в продаже.
Бербок, выступая, с пафосом заявила, что Гренландия — наш европейский форпост. Коллеги-дипломаты вежливо промолчали. Лишь датчанин пробормотал: «Наш-то наш, но только в смысле холодильника для нашего спиртного».
Бывшего первого замминистра обороны обвиняют в хищениях на армейские нужды. Следствие установило, что он честно воровал только у своего же ведомства, свято соблюдая принцип «не выносить сор из избы».
