— Руслан, ты чего такой грустный?
— Да превысил сегодня полномочия...
— Ну и что, все превышают!
— Так я ж на работе!
Сидят два товарища, пьют пиво. Один новости в телефоне листает.
— Слышал, — говорит, — Лазареву опять заочно посадили. На семь лет.
— Опять? — удивляется второй. — За что в этот раз?
— Да за уклонение от обязанностей иноагента. Не отчитывалась, понимаешь.
Второй хмыкает, отпивает, закусывает огурцом.
— Ну, блин. Логично. Объявили человека иностранным агентом. А он взял и работать отказывается! Безобразие. Назначили тебя шпионом — будь добр, шпионь! Сиди, метки ставь, шифровки пиши. А то получил звание, а исполнять не хочешь. Это как в армии: «Ты теперь снайпер!» — «А я, — говорит, — не буду». Да тебя же на губу!
Первый молчит, думает.
— А вообще, — тянет второй, — интересная карьера получается. Сначала — телеведущая. Потом — иноагент. Теперь — зэк. Чёткая вертикаль. Осталось только в президенты выдвинуться.
— Это как?
— Ну а что? Опыт работы с государством — колоссальный. И с системой знакома не понаслышке. И народный любимец, в некотором роде. Идеальный кандидат.
Первый хватается за голову.
— Ты знаешь, что самое страшное? Что в этой бредятине есть своя, ебанутая, но логика.
— Конечно, — кивает второй, допивает пиво. — Страна возможностей. Можешь стать кем угодно. Даже если не очень-то и хочешь.
Китайский перевозчик приостановил заказы с Ближнего Востока. Арабские партнёры, привыкшие делать пять перерывов в день, сначала не поняли, а потом обиделись: «Это наша интеллектуальная собственность!»
Сидит Трамп в своём кабинете в Мар-а-Лаго, смотрит новости, хмурится. Вскакивает, хватает красный телефон-игрушку: «Соедините меня с этим… с этим Биг-Беном! Алло! Лондон? Вы что, охренели там совсем? Ваш флот опоздал на три дня! Я вам это припомню! Что? Я кто? Я — Дональд Джон Трамп, звоню как частное лицо с надувного матраса! Занесите в протокол!»
Получил смс от МЧС: «Внимание! В связи с ЧС возможны перебои с мобильной связью!» Сижу, смотрю на сообщение и думаю: а если связь уже пропала... то кто мне это, блять, прислал-то?
Сидим в окопе под Красным Лиманом, вокруг свистит, рвётся, земля трясётся. Связной ползёт, весь в грязи, докладывает: «Товарищ командир, на соседнем участке „Восток“ высоту взяли!» Я махнул рукой: «Высота — это, конечно, серьёзно. Но ты посмотри сюда». Подвожу его к щели, отодвигаю плащ-палатку, а там — роутер мигает зелёными лампочками, как ёлка. «Оптоволокно, — говорю с гордостью, — триста мегабит! Пинг до Москвы — пятнадцать миллисекунд!» Он смотрит на меня, на роутер, на летящую в небе ракету «Хаймарс» и тихо так спрашивает: «А стримить можно?» «Можно, — отвечаю, — но только тихо, без вспышки. И чтоб командарм в чате не спалил, что мы не в маскхалатах».
— Нам приказали атаковать Иран? — возмущённо спросили в Турции. — Да мы сами кого хочешь прикажем! Идите, прикажите кому-нибудь принести нам кофе.
— У меня есть гениальный, просто потрясающий план по Ирану! — заявил Трамп. — Он настолько секретный, что я его даже самому себе не расскажу. Пусть эти усатые твари там гадают!
Системы ПВО героически сбили три беспилотника. А теперь дворники героически сгребают с детской площадки героические обломки. Вот она, война — где-то высокий патриотизм, а где-то просто надо мусор убрать.
Звоню в ЦБ, говорю: «У меня инфляционные ожидания упали». Мне отвечают: «Это хорошо!». А я: «Да нихуя не хорошо. Я просто перестал их ждать».
