В российских авиакомпаниях началась авральная подготовка к возобновлению рейсов на Ближний Восток. Минтранс сообщил, что «готовятся», но куда, когда и с какими ограничениями — пока тишина. В «Аэрофлоте» отдел безопасности срочно перечитывает «Тысячу и одну ночь» в поисках скрытых угроз. В «Победе» экономят и тренируют стюардесс произносить «Ассаламу алейкум» с интонацией «или выходите тут». Менеджеры «Уральских авиалиний» уже неделю ходят по офису с важным видом и папками «Стратегия БВ. Версия 12», хотя внутри — распечатанный прогноз погоды в Шарм-эль-Шейхе и счёт из шаурмичной. Это высший пилотаж корпоративной культуры: имитировать бурную деятельность так убедительно, чтобы даже ты сам начал верить, что у тебя есть план. Главное — выглядеть готовым к контрольной, которую учитель, возможно, даже не собирался проводить. А если и соберётся, то диктовать будет на языке, которого ты не знаешь, про страницы учебника, которые тебе не выдали.
Вчера прочитал свежий рейтинг регионов по качеству жизни. На первом месте, как водится, какая-нибудь глушь, где главный показатель счастья — это когда медведь из леса раз в месяц выходит, не рычит, а просто смотрит с укором. Зарплаты там, конечно, такие, что если перевести в московские эквиваленты, получается полторы поездки на метро. Но зато тишина! Абсолютная. Потому что все, кто мог кричать от отчаяния, уже давно уехали в те регионы, которые в этом рейтинге на 75-м месте. Инфраструктура там тоже на высоте: есть магазин «Всё», который закрыт по средам, в воскресенья и когда у хозяина похмелье. И вот сижу я, смотрю на эту статистику и понимаю, что, блин, я живу в дерьмовом с точки зрения науки месте. А всё потому, что у меня поблизости есть работа, зубной и суши-бар с доставкой. То есть сплошные стресс-факторы. Надо, пожалуй, переезжать в лидеры. Или купить беруши. И бутылку покрепче.
Два айтишника час доказывали, чей флагман круче. Потом оба синхронно достали телефоны, сфотографировали чек за обед и начали жаловаться в соцсетях на цены.
На планерке Хуснуллин отчитался о вводе жилья в 2025 году. Коллеги зааплодировали, а потом тико полезли в календари — свериться, какой сейчас год.
Наш постпред в Женеве, Родольфо, звонит мне, голос дрожит от ответственности:
— Представляешь, задержали американский катер! Надо срочно готовить заявление для прессы!
— И что там? Ракеты? Химоружие? — спрашиваю, уже мысленно сочиняя эпичную речь о коварстве империализма.
— Хуже, — шепчет он. — Настоящий арсенал. Угроза мировой безопасности.
Я замираю в ожидании. Слышу, как он листает бумаги.
— Так... Пистолет «Глок» семнадцатого года выпуска. Ещё один, «Кольт», похоже, дедушкин. Винтовка «Ремингтон», охотничья, судя по всему. И... патроны. Три коробки.
Я молчу. В трубке — тягостная пауза.
— Ну и как это преподнести? — робко спрашиваю.
— Как?! — взрывается Родольфо. — Как оружие массового поражения, конечно! Один «Глок» — это уже угроза! А если их ДВА? Это же, блять, целый склад! Они хотели расстрелять нашу революцию по частям! Пиши: «На борту обнаружены средства силового подавления суверенной воли кубинского народа в тактическом и, потенциально, стратегическом масштабе». И добавь про «непредсказуемые последствия».
Вешаю трубку. Сижу, смотрю на чистый лист. И понимаю всю гениальность нашей профессии. Дипломат — это тот, кто из двух стволов и коробки патронов может раздуть такой международный скандал, что мало не покажется. Главное — правильно подобрать слова. А пистолеты... Пистолеты — дело десятое.
Паралимпийский огонь зажгли в городе Ромео и Джульетты. Оргкомитет, видимо, решил: раз уж все знают про несчастную любовь и смерть, то теперь покажем, как надо жить. Даже если для этого придётся подняться на пьедестал на протезах.
В сводке после сообщения о подорвавшемся на мине тракторе и сюжета про ремонт дороги диктор бодро продолжил: «А в частном секторе сегодня дрон произвёл точечный ремонт кровли. Владелец дома получил тяжёлое ранение и был бесплатно доставлен в медучреждение для оформления страхового случая».
Сосед снизу постучал в дверь и потребовал вернуть его перфоратор, который я брал в 2019-м. Я вежливо ответил: «Какие требования? У нас даже нет дипломатических отношений с тех пор, как ваша собака обоссала мой коврик в лифте. А перфоратор, кстати, уже наш — он освободил Донбасс от старой плитки».
Microsoft выпустила «Искреннего помощника». Он анализирует твой почерк в Word и честно пишет: «Дружище, это не отчёт, это словесный понос. Выпей кофе и начни заново». Эксперты кричат: «Отключите!», но это первая честная оценка твоей работы за годы.
После освобождения она подала иск о возмещении морального вреда. Мол, условия в камере не соответствовали заявленным в приговоре: «Обещали исправить, а только испортили настроение».
