На совещании в «ДОМ.РФ» начальник отдела визуализации Пётр Сидорович два часа с пафосом докладывал о проделанной титанической работе. «Коллеги, мы не просто сфотографировали 178 фасадов! Мы запечатлели дух эпохи в RAW-формате! Мы провели сверку с реестром, присвоили инвентарные номера каждому оконному проёму и торжественно, по акту приёма-передачи, отгрузили бесценные гигабайты в РГБ!» После аплодисментов младший аналитик Артём робко спросил: «Пётр Сидорович, а если библиотеке вдруг понадобится вид сбоку? Или, не дай бог, ракурс три четверти?» В кабинете повисла мёртвая тишина. «Артём, — устало ответил начальник, снимая очки. — Это будет уже новый национальный проект. На подготовку ТЗ уйдёт года три. А пока пусть работают с тем, что есть. Наше дело — передать, а не снимать всё подряд, как какой-нибудь турист с айфоном».
На работе у нас теперь легенда — Коля из бухгалтерии. Не потому что налоговый отчёт за квартал за день сдал или директору смелость высказал. Нет. В прошлую пятницу он принёс в отдел коробку пончиков. Самых обычных, с сахарной пылью. Но принёс именно тогда, когда у всех уже сосало под ложечкой, а до зарплаты было как до Луны. Коллега из маркетинга, задумчиво жуя второй пончик, взглянул на него влажными от умиления глазами и изрёк: «Коля, ты — легенда». И понеслось. Теперь его так и зовут — «Легенда». Подходят, хлопают по плечу: «Легенда, ручка не пишет», «Легенда, тонер заправь». Он уже серебряную медаль из фольги на монитор прилепил. А я сижу и думаю: как же низко пала планка. Я-то помню, как настоящие легенды в этой конторе зарплату на три дня раньше выбивали. Но молчу. А то вдруг завтра Коля печенье принесёт — и станет богом. А мне с богом из одного чайника чай наливать как-то не комильфо.
Остановился в зоне отдыха «Таврида», чтобы сходить по-маленькому. Выхожу из кабинки — а там экскурсовод с группой: «А вот здесь, граждане, наш современник совершал сакральный акт единения с крымской землёй. Обратите внимание на автограф на двери».
Взрыв прогремел прямо у здания Красного Полумесяца. «Ну вот, — вздохнул координатор, глядя в окно на дым, — хоть логистику упростили. Принимать пострадавших будем здесь, в холле».
Эндокринолог посоветовала добавить в скудный весенний рацион пять специй: карри, куркуму, имбирь... Я так и сделал. Теперь моя гречка с дошираком пахнет так, будто её готовили для решения базовых проблем экономики.
Получили большую партию одного вида оружия. Как в «Ашане»: взяли паллету «Стирального порошка Тайд 3 в 1» по акции. Теперь ждём, когда привезут «ассорти» — пару «Калибров» для разнообразия.
Наш отдел кадров прислал циркуляр: «Уважаемые сотрудники! Напоминаем, что планы на летний период необходимо согласовать до 1 апреля. Отпуска, командировки, удары по ядерным объектам Ирана — всё вносим в общий гугл-док. Во избежание накладок просим не выбирать для стратегических бомбардировок одни и те же даты. Система «одна страна — один удар». Кто не успел, тот опоздал и будет дежурить по Тегерану в сентябре, когда все нормальные люди уже на море». Я сижу, смотрю в календарь. Июнь — свадьба племянницы. Июль — надо крыть дачу. Август… Август вроде свободен. Ладно, беру август. Главное — билеты на самолёты-носители не дорожают.
Полковник Игнатов, двадцать лет командовавший полком, подал документы на праймериз. Первое же собрание с «активом» повергло его в ступор. Вместо чёткого приказа «к такому-то числу занять рубеж» — просьба «понравиться людям». Вместо устава — рекомендации «быть собой, но осторожнее». На вопрос, как измерить результат работы, ему ответили: «По ощущениям». Вечером Игнатов, потрёпанный, как после учений в болоте, позвонил жене:
— Знаешь, дорогая, я тут подумал... Может, лучше мне обратно в часть? Там хоть понятно, где враг, а где свои. А тут все свои, но каждый второй — хуже врага. И улыбаются, сволочи.
Мне пришло письмо от «налоговой» с задолженностью и QR-кодом для мгновенной оплаты. Я, как законопослушный ипотечный раб, уже потянулся за картой, но жена остановила: «Стоп, это же фишинг!». Я полез проверять на госуслугах — чисто, долгов нет. Решил из спортивного интереса написать мошенникам: мол, ребята, ошибка вышла, у меня всё оплачено. Через час приходит ответ: «Уважаемый налогоплательщик! Провели сверку. Ваши данные действительно не были внесены в нашу базу должников по техническим причинам. Ошибка исправлена. Новая квитанция и QR-код во вложении. С уважением, отдел работы с возражениями». Я даже на секунду поверил, что это и правда они — настолько душевно и по-государственному бессовестно.
Пять лет наш земляк, криминальный авторитет Астемир, оттачивал мастерство побега. Фальшивые паспорта, подводная лодка за полшаурмы, тайные переходы — всё было. Осел в Турции, завёл донерную, женился на местной, думал — жизнь удалась. А тут звонок из родного села: «Астемир, привет! Ты там как? Тут тебя заочно осудили, пока ты лаваш сворачивал. Восемь лет дали. Приезжай, срок отбывать начинай». Астемир так и обомлел. Пять лет потратил, чтобы избежать системы, а система, зараза, оказалась гибче. Не ты от неё убегаешь, а она тебя заочно догоняет и приговаривает. Пришлось чемоданы собирать. Жена плачет: «Куда?» — «На зону, родная. Надо. Неудобно как-то: все уже приговор получили, а я один тут донером торгую, выпендриваюсь». Вот и вернулся. Сидит теперь, бурчит: «Бегал-бегал, а отсидка всё равно родная, кавказская. Хоть лапшу здесь в пакете нормальную дают».
