— Товарищ прапорщик, а куда нас, дезертиров, везут?
— На передовую, сынок. На искупление.
— А насильно мобилизованные там за что?
— А это, блядь, наглядное пособие.
Как-то пришли бойцы «Севера» в сельскую школу под Курском. Разложили автоматы, гранаты, бронежилеты. Ведут беседу о героизме. Вдруг Вовка, местный пацан, тянет руку и спрашивает: «Дядя прапорщик, а это всё, что у вас есть? А то у нас в огороде вчера упало кое-что и побольше, и посовременнее».
Сидят как-то в зоопарке два сторожа, Валентиныч и Семёныч, бутылку квасят. По рации голос: «Вольер номер семь, амурский тигр Амадей, констатирована смерть». Валентиныч вздыхает, отставляет бутылку:
— Эх, жалко зверя. Царь тайги, красавец был. Гости обожали.
Семёныч, не отрываясь от горлышка, хмыкает:
— Да похуй. Все там будем.
— Да не в этом дело-то, — машет рукой Валентиныч. — Ему ж в октябре семнадцать лет стукнуло бы. Юбилей, понимаешь? Мы ему с женой уже сало копчёное припасли, на тушёнке сэкономили, сволочи. А он взял и сдох раньше времени. Теперь это сало жрать, что ли?
Семёныч задумчиво смотрит на бутылку:
— Ну, тигру-то уже похуй. А нам не похуй. Давай за его упокой, а сало... сало мы за ним.
Собрал директор завода начальников цехов, хмурый такой.
— Мужики, — говорит, — кризис. Надо оптимизировать. Кто предложит самую эффективную и дешёвую меру — тому премия.
Первый говорит: «Давайте сократим треть рабочих!». Второй предлагает: «А давайте выключим отопление в цехах!». Третий молчал.
Директор к нему обращается: «Ты чего?».
Третий вздохнул: «Я, Петрович, предлагаю всему коллективу не ходить на работу. Вообще. Никогда».
Директор удивлённо спрашивает: «И что это даст?».
— А то, что при стопроцентном простое, — пояснил начальник, — план по бракованной продукции мы будем выполнять на ноль процентов. Это ж лучший показатель по стране! Оптимизация, блядь.
Менты приехали за мужиком, укравшим поллитру. А он, падла, вместо того чтобы откупиться второй поллитрой, встретил их гранатой. Ну, прапорщик потом и сказал: «За бухло — вор, а за гранату — уже почти патриот».
В новом издании словаря русской ненормативной лексики появилось слово «сволочь» с пометкой «устар.». В качестве примера употребления указан сержант ВДВ Селин, связавший стропы парашюта. Теперь правильно говорить «селИ́н».
Собирает прапорщик Сидоров роту на плацу, лицо серьёзное, бровь дёргается.
— Внимание, блядь! — рявкает он. — Оглашаю важнейшее оперативное донесение высочайшей степени секретности! Касается оно денег, жён и дальнейшей судьбы личного состава!
Рота замирает. Денщик Петров даже каску поправил. Прапорщик разворачивает перед собой чистый лист бумаги, делает глубокий вдох и начинает зачитывать:
— В связи с последними событиями, а также с учётом предшествующего опыта и сложившейся оперативной обстановки, которая, несомненно, требует... — Он умолкает, водит пальцем по пустому листу. — Требует... э-э-э...
Минута тягостного молчания. Затем прапорщик складывает бумагу, суёт её в карман и смотрит на солдат.
— Короче, хуй вам, а не донесение. Разойтись!
Сидят как-то в кабаке мужик, прапорщик и бабка. Прапорщик читает новости в телефоне и бубнит:
— Опять штатовцы санкции ввели. На двадцать человек и двенадцать судов.
Мужик, насупившись, в стакан смотрит:
— Ну, на людей-то ещё куда ни шло. А как это на судно санкции наложить? Ему бумажку с печатью в иллюминатор сунуть? «Пароход «Василий», вы, блядь, в мировом судоходстве больше не плавайте, и топливо вам никто не продаст»?
Бабка, отхлебнув портвейна, машет рукой:
— Да херня это всё! Мой покойный дед, царство ему небесное, на барже «Луна» в сороковых работал. Так ей ещё в 1938-м Британская империя санкции объявила за рейс в Картахену. И что? Баржа до семидесятого года ходила, уголь возила. Единственное — капитан, мудак, рамсы попутал, и когда в Египте в шестидесятом на Суэцком канале их остановили, он эту пожелтевшую бумажку 1938 года таможеннику и суёт. Тот посмотрел, спросил: «Это что?». Капитан и говорит: «Санкции, блядь, от короля Георга Шестого». Египтянин подумал, что это типа благодарность от английской короны, салютовал и пропустил без досмотра. Вот и вся ваша политика.
В Дании задержали иранский контейнеровоз, вся ФСБ в напряжении — думают, сейчас крышуем поставки оружия. Вскрыли трюмы, а там... блядь, дворники на «Жигули» и прокладка поддона картера. Прапорщик, который смотрел спутниковые снимки, сразу запил.
Сидит мужик, смотрит на свой пост в соцсетях, где он с женой на фоне заката. Звонит юристу:
— Это правда, что за логотип Инсты могут посадить?
— Ну, теоретически, — говорит юрист. — Это логотип запрещённой организации.
Мужик хмурится:
— А если я его замажу?
— Чем?
— Фоткой тёщи. Она тоже, блядь, запрещённая организация.
