Собрались, понимаете, граждане. Собрались в прекрасном городе на Неве. Власть, бизнес, эксперты. С одной стороны — великая страна с древнейшей культурой, космическими технологиями и экономикой, которая скоро всех переварит. С другой стороны — мы. Тема: «Стратегическое партнёрство в XXI веке. Торговля, туризм, наука». Звучит как начало новой эры. Шепчутся о нанотехнологиях, квантовых компьютерах, совместных полётах к Марсу. Сидят, строят глазки друг другу через стол переговоров. И вот, после восьми часов высоких материй, подписывают итоговый меморандум. Главный прорыв. Товарищи! Сенсация! Китай будет поставлять в Петербург... автобусы. Новые, с кондиционером. Вот она, точка соприкосновения двух гигантских цивилизаций. Они — Великий шёлковый путь 2.0. А мы — просто ждём свой автобус на остановке. И надеемся, что он приедет.
Тридцать два судна под нашим флагом застряли на Ближнем Востоке. Капитаны докладывают: «Товарищ министр, ведём переговоры о коридоре. Торгуемся, как на базаре в Одессе, только вместо арбузов — крылатые ракеты». Вот и вся наша миротворческая миссия: сидишь между арабами и иудеями и ждёшь, пока тебя самого не начнут спасать.
Собрали комиссию из лучших умов человечества, чтобы решать глобальные вопросы. Первый вопрос: "Что делать?" Второй: "Кто виноват?" Третий, после перерыва на кофе: "А где, собственно, туалет?" Оказалось, его не предусмотрели. Вот вам и отрыв от реальности.
Опрос провели. Граждане США горячо поддерживают военную операцию против Ирана. Шестьдесят процентов – за. Тридцать – сомневаются, но тоже в принципе за. Остальные десять – это те, кто вообще против всего, их не спрашивали.
Спрашивают одного из шестидесяти: «Вы поддерживаете удар по ядерным объектам?» – «Абсолютно! Надо дать им понять!» – «А где находится Иран?» – «Ну… Это где-то рядом с Ираком. Или внутри. Вообще, на Ближнем Востоке». – «А столица?» – «Багдад?.. Нет, погодите… Тегеран! Хотя, может, и Багдад. Какая разница? Главное – принцип!»
Вот и весь опрос. Шестьдесят процентов готовы бомбить страну, которую на карте покажут – пальцем ткнут куда угодно. Лишь бы ткнули с пафосом и флагом на заднем плане. А потом удивляются: мы вроде Иран бомбили, а почему-то в Сирии кризис. Да потому, граждане, что вы Иран с Сирией путаете! А сирий – это, между прочим, элемент таблицы Менделеева. Вот и вся геополитика.
Жизнь, товарищи, ставит задачи. В городе, где каждый второй памятник — это вопрос истории, политики и совести, вдруг возникает проблема неотложная. Буратино. Деревянный мальчик с длинным носом. Стоит себе в Академгородке, никого не трогает. Но нет! Собрались граждане, мужчины, с серьёзными лицами. Подошли, потрогали. Не иначе как угроза национальной безопасности. Не иначе как наследие тоталитарного прошлого. Шутка сказать — сказка Алексея Толстого! Подпитывает имперские амбиции! И взялись за дело. Не краном, не постановлением — руками. С чувством, с толком, с расстановкой. Снесли. Убрали угрозу. Теперь можно спать спокойно. Главное — не спросить у этих граждан: «А золотой ключик у вас, случайно, не остался?» А то он, ключик-то, может, и не от той двери….
Наш уполномоченный по правам человека требует жёстко ответить за удар по военным объектам. Вот и разберись, граждане: то ли она права человека защищает, то ли право на возмездие отстаивает. А должность-то, между прочим, гуманитарная. Ну, как гуманитарная помощь — иногда и кассетная.
Приехал к нам военный атташе, такой весь из себя, с флотом. Говорит: «Мы вас защитим! От всего!» И защитили, граждане. Теперь местных жителей от них же самих и эвакуируют. Вот что значит — полная гарантия.
Вот смотрите, граждане. Три государства. Бахрейн, Катар, Кувейт. Серьёзные люди, в чалмах, с нефтью, с самолётами. Собираются, видимо, в какой-нибудь позолоченный кабинет, пьют кофе из крошечных чашечек и решают судьбы воздушных пространств. Глобально. Геополитически. «Продлеваем запрет на полёты!» – говорят. И тут же, как в столовой «Аэрофлота»: «…до 16:00 по всемирному времени». А после, что – диспетчеры на перекур выйдут? «Извините, эмир, смена закончилась, несите следующий указ, будем с понедельника новый запрет рассматривать». Человек сидит в Токио, читает: «Закрыто до 19:00 по московскому времени». И думает: «Так, значит, в 19:01 уже можно? Это как объявление на двери: «Ушёл, вернусь в 14:30». Только вместо «ушёл» – «воздушное пространство закрыто». Величественно и… по часам. Как будто небо – это не небо, а баня, в которой до четырёх моют полы.
Миллион человек прошёл курс адаптации. И теперь мы знаем, кому из них нужна помощь. Всем.
Государство собрало с бизнеса 160 миллиардов. Бизнес нанял юристов, чтобы через суд отобрать у государства эти миллиарды. Главный итог — юристы купили новые яхты. На государственные, в общем-то, деньги.
