Вот смотрите, как у нас жизнь устроена. Мужчина ребёнка из-под колёс выхватывает — герой, все СМИ о нём пишут, мэр руку жмёт, вручают грамоту на фоне синей «Газели». А на следующий день он уже метлой машет, потому что ипотека в Ташкенте сама не платится. Получается, подвиги — это такое хобби, типа вышивания крестиком по выходным. В понедельник все забывают, а ты снова просто дворник, который слишком хорошо знает, сколько в этом городе стоит человеческая жизнь. Что её цена — это ровно один билет домой, в один конец. И самое героическое, что ты можешь сделать дальше, — это вовремя успеть на этот рейс.
Читаю новости, а там — Словакия запускает в производство новую артиллерийскую установку. Называется «Ева». А предыдущая модель у них была «Зузана». И меня осенило. Это ж не случайность, это система! Видимо, у них на заводе сидит такой словацкий инженер-начальник. Приходит он домой после работы, а жена его спрашивает: «Как дела на производстве?» А он такой, устало так: «Да вот, Зузану всю в войска отправили, теперь новую надо придумывать». Смотрит на жену, которая ужин готовит, и говорит: «Знаешь что, дорогая? Ты у меня самая лучшая. И твоё имя идеально для 155-мм гаубицы с автоматическим заряжанием». А она, не отрываясь от котлет, спокойно отвечает: «Опять? Ладно. Только пусть эта, в отличие от тётки Зузаны, хоть с первого раза заводится».
Сидят два учителя в новгородской школе, пьют чай из одинаковых кружек «Лучшему сотруднику-2021». Один говорит:
— Слышал, нам теперь почётный статус будут давать. «Новгородский учитель».
Второй, не отрываясь от проверки тетрадей, молча достаёт калькулятор, тычет в него потрёпанным пальцем и протягивает коллеге. Тот смотрит на экран: «Зарплата + Статус = Зарплата».
— Ну что, — говорит первый, задумчиво глядя на дырявый подоконник, — престиж-то повысили. Теперь я не просто голодный, а исторически значимый голодный. Пойду, может, на икону денег сколочу — «Святая Мария Валентиновна, кормящая голодного учителя яблоком из школьной столовой».
Смотрю новости. Американский конгрессмен требует срочно расследовать, почему кубинский катер плавает в кубинских водах. Мол, угроза национальной безопасности. И я сижу и понимаю: боже, это же уровень парня, который писал мне в три ночи: «Ты где? С кем? Что это за мужчина на твоей аватарке 2017 года? Это угроза нашим отношениям!». Те же имперские амбиции, та же уверенность, что всё в радиусе тысячи миль должно подчиняться только его правилам. И та же полная, блин, неспособность посмотреть на карту и осознать простую мысль: дорогой, это не твои территориальные воды, это ты просто везде нарисовал своё лицо маркером.
Сидят они, восьмой состав, пять лет ждут-не дождутся. Когда же она нас, думают, подведёт? Ну, итоги там, отчётность, цифры... И вот настал день. Последнее заседание. Элла Александровна выходит к трибуне, папка с гербовой печатью в руках. Смотрит на них так сурово и говорит: "Ну что, мужики, ждали? Сейчас я вас всех, блядь, подведу". И зал, не сговариваясь, встал и зааплодировал стоя. Ожидание не просто оправдалось — оно было перевыполнено.
Встречаются два болельщика. Один спрашивает:
— Слышал, у нас в федерации хоккея опять выборы президента. Кто баллотируется?
— Ну, как обычно, Третьяк.
— А против кого?
— Против? Да против кого угодно! Против Канады, против Швеции, против чехов... Он везде побеждает. А на выборах — так это просто формальность, как буллит без вратаря.
Забросит шайбу в пустые ворота и пойдёт на пятый срок. Только ворота-то не просто пустые — их вообще на лёд не вынесли, одни коньки у секретарши на столе стоят.
Сижу, читаю новости. А там — классика жанра. Власти заявляют, что удара не было. Абсолютно. Никакого. Ноль. Пустота. А потом, через абзац, уточняют: мол, число пострадавших от этого несуществующего удара выросло до пятидесяти семи человек. Ну, типа, для отчётности.
И я вот сижу и думаю — блин, да это же прямо как мои отношения с бывшим! Он тоже так умел. Звонит в три ночи: «Я тебя не люблю. Совсем. Это была ошибка. Абсолютная пустота». А через пять минут, уже плача, уточняет: «И ещё, твою кошку я случайно в сервиз завернул, когда вещи забирал. Она теперь в реанимации, но ты не подумай ничего — отношений-то у нас не было!»
Наши эксперты, как всегда, впереди планеты всей. Ещё ни один танкер не сел на мель от иранской ракеты, а они уже рассчитали, когда пробка в Ормузском проливе рассосётся. «Возобновление судоходства ожидается через две-три недели», — пишут они. То есть они уже всё расписали: неделя на саму блокаду, неделя на переговоры и неделя на то, чтобы разогнать журналистов и фотооператоров. Это ж надо так жизнь любить — планировать! Скоро, глядишь, пресс-релиз выйдет: «Уважаемые участники регионального конфликта! Просим вас уложиться в отведённые сроки и не забыть сдать ключи от ракетных установок в протокольный отдел. Апокалипсис окончен, начинается плановая уборка территории».
Пришёл мужик к сомнологу, жалуется: «Доктор, не сплю совсем, как мертвец к утру!». А тот смотрит на него одним глазом — второй просто не открывается — и сипит: «Понимаю... Сам только с третьей смены отполз, пока тебя тут не было, в шкафу за папкой с делами два часа простоял в позе «мёртвая вобла». И выдаёт вердикт: «Всё ясно. Кровать узкая. Меняй срочно на широкую, лучше на две с половиной». Мужик ошарашенно: «А у вас-то какая?». Врач махнул рукой, с которой свисал пустой дозатор капельницы с кофеином: «Какая разница... Я уже два года на трёх табуретках в ординаторской сплю, но наука, блять, доказала — главное, чтобы в теории она была ЦАРСКАЯ!». Вот и вся медицина.
Встречаются два блогера, один другому говорит: «Слушай, Лерчек химию начала, лысая ходит, измученная. Как думаешь, зачем она это в инстаграм тащит?»
Второй, почесав жопу, отвечает: «Ну, блядь, логика железная. Раньше она продавала мечту про идеальную жопу и смузи. А сейчас что продавать? А сейчас она продаёт надежду, что после всей этой хуйни с капельницами жопа снова будет идеальной. Это не лечение, это, сука, предиктивный контент. Сначала покажет, как волосы лезут, потом — как наносит тату на череп, а финальный пост — уже с новой грудью и заголовком «Я ПЕРЕЖИЛА РАК И ВЫ ТОЖЕ МОЖЕТЕ!», а внизу ссылка на её курс «Марафон стойкости» за 99 тысяч...» Тут приходит пуш-уведомление: «Лерчек запустила краудфандинг «На химию премиум-класса». Первый блогер смотрит и тихо, с придыханием, говорит: «Гениально... Она не больная, она в авангарде нового тренда — дипиара через онкологию».
Слушаю новости. Президент Польши, оказывается, хотел отправить войска на Ближний Восток. Это, конечно, сильный ход. Страна, у которой главная военная амбиция последних лет — не пускать мигрантов через забор, вдруг решила проецировать силу на другой континент. Это как если бы дворник из ЖЭКа, который с трудом убирает свой подъезд от метро, вдруг заявил, что готов починить МКС. Пафосно, громко, но возникает один технический вопрос: ребята, а на чём вы туда поплывёте? У вас выход к морю — это когда к соседям в гости едешь через Германию. Ваш флот — это две надувные лодки из «Ашана» и один катер пограничников, который вчера у берегов Гданьска заблудился и запросил политическое убежище в Швеции.
Сидят эксперты, листают переписки. Находят: «Купи хлеб, если увидишь». И начинается: «Смотрите, субъект А использует условное обозначение «хлеб» — явный намёк на раздел добычи. Фраза «если увидишь» указывает на неуверенность в успехе операции. А вот он пишет «ладно» и ставит смайлик с подмигиванием — это портрет циничного типа, снимающего с себя ответственность за провал». Всё бы ничего, но это моя жена просила в «Ашане» купить батон, а я ей ответил, пока сидел на совещании у начальства. Теперь они хотят допросить моего директора как вероятного организатора.
В общаге сидят два студента-экономиста, один другому говорит: «Читаю тут прогноз Шохина, блядь. Пишет, что экспортёры вряд ли скоро дождутся доллара по 95. Ну, думаю, классика — надежда умирает последней, а рубль первым».
Второй хмыкает: «Да хуйня. Это они для народа пишут. А настоящий прогноз знает только наш дед, который прапорщиком в сберкассе служил. У него там, в сейфе, рядом с печатями, хрустальный шар стоял».
«И что дед говорит?»
«А дед говорит: курс доллара — он как жена. Если тебе вслух обещает, что будет 95, значит, будет 70, но с такой истерикой, что ты сам до 120 доползёшь и будешь умолять остановиться».
Встречаются как-то два российских дипломата. Один говорит: «Слушай, а как нам Западу нашу позицию по Донбассу доходчиво объяснить? Они же в своей реальности живут!»
Второй, потягивая кофе, отвечает: «Да по классике. Сначала культурная программа — в Большой театр, ужин в «Кафе Пушкин». Потом — глубокая содержательная часть в кремлёвском кабинете с часами».
«Ага? И что?»
«А потом — всех в автобус, пристёгнутыми ремнями, и на «Аллею ангелов» в Донецк. Дипломатия — она как женщина, её иногда нужно за ручку отвести туда, куда она сама боится посмотреть. А если не идёт — в багажнике есть верёвка и инструкция от Захаровой. Для особо упёртых».
Наша автомобильная промышленность в очередной раз продемонстрировала высший пилотаж в области управления ожиданиями. Марка Evolute торжественно объявила о прекращении продаж модели i-Jet. Это как если бы ты, спустя три года после расставания, прислал бывшей официальное уведомление на гербовой бумаге: «Считаю нужным сообщить, что более не приду к тебе с цветами в два часа ночи». Гордо, принципиально, но абсолютно неактуально. Потому что эти электромобили не покупали уже примерно с момента их презентации. Складывается ощущение, что отдел продаж всё это время героически сражался с невидимым врагом, маркетологи писали отчёты о захвате несуществующих плацдармов, а единственный проданный экземпляр до сих пор стоит у завода как памятник — с табличкой «Проверено. Призраков не обнаружено».
Ну что, граждане, снова повелись на эту календарную хуйню? Март, весна, тюльпаны в ларьках... А природа-мать — она реалист. Ей ваши бумажки с цифрами до лампочки. Она смотрит на эту всемирную истерику с глобальным потеплением, хмыкает, достаёт из сейфа старый план операции «Мартовское похмелье» и даёт команду: «Боевая тревога! Возвращаем зимний режим! Мороз до минус восьми, гололёд, слабый ветер — чтоб не сдуло последние иллюзии!» А потом, глядя на наши замёрзшие морды в пробке на МКАДе, добавляет своему заместителю: «И передай этим фраерам в куртках нараспашку — это не рецидив зимы. Это контрольный выстрел. В голову. Чтоб помнили, кто тут весну объявляет. Я. И точка.»
Сижу, значит, дома, жена смотрит на меня тем взглядом, который означает: «Ты опять ничего не сделал». А я только с работы, вроде. Говорю: «Я же летал, рейс был, командировка!» Она: «И где сувениры из Мурманска?» Я молчу. Потому что рейс-то был, а в Мурманске мы не были. Взлетели из Пулково, покружили, бортпроводница кофе разлила, капитан красиво пошутил про турбулентность, и сели обратно в Пулково. Прямо как мой поход в магазин за хлебом. Ушёл за хлебом, покружил у ларька с пивом, продавщица красиво пошутила про сдачу... и вернулся с двумя пакетами сосисок и с пустыми руками.
Вот что значит высокая культура хранения документов! У нас в ЖЭКе папку за 2012 год о протечке крыши найти не могут, а британские ВВС — молодцы, работают чётко по графику. Срок хранения истёк — будьте добры, в шреддер. А то, что в этих бумагах были фамилии, от которых у половины мировых лидеров начинается нервный тик, — так это просто совпадение. У бумаг, видите ли, тоже есть чувство самосохранения. Особенно у компрометирующих. Они, как старые грешники, стремятся испариться раньше Страшного суда. И вот уже архивариус, доедая сэндвич, машинально отправляет на уничтожение папку с грифом «Эпштейн. Полёты. VIP», даже не подозревая, что только что совершил самый элегантный политический жест десятилетия — безупречно британский, сухой и без единого слова.
Смотрю на эту новость и понимаю, что у нас в стране сплошные токсичные отношения с властью. Это как встречаться с парнем, который сам тебе ногу сломал со словами «Не ходи туда, опасно!», а потом, пока ты в гипсе, героически предлагает донести тебя до квартиры. На твои же, блять, деньги, которые он у тебя из кошелька взял. «Дорогая, я так о тебе забочусь! Сиди дома. Что, бизнес твой туроператорский встал? Ну так я же не брошу — вот тебе господдержка из нашего общего бюджета!» И стоишь ты такая на костылях, а он уже фотографирует тебя для инсты с подписью «Спас любимую от падения. Какой я молодец?». И ждёт лайков.
Сидим с женой, смотрим новости. Диктор так радостно вещает: «Российские банки выдали автокредитов на сто шесть миллиардов! Рост почти десять процентов!»
Жена смотрит на меня, я на жену. Молчим.
Потом она вздыхает:
— Представляешь, сколько теперь на дорогах будет счастливых людей?
— Нет, — говорю. — Представляю, сколько теперь на дорогах будет людей, которые, провалившись в очередную яму, будут материться не «бл*дь», а «БЛ*ДЬ, ЕЩЁ ТРИСТА ШЕСТЬДЕСЯТ ПЛАТЕЖЕЙ И ЭТУ ПОДВЕСКУ МЕНЯТЬ!».
А она задумчиво так: «Зато материться будут по-богатому... В кредит».
