Мой бывший тоже так «помогал»: притащит в три ночи свой пьяный диван, а потом я месяц от соседей отбиваюсь. Спасибо, дорогой, очень вовремя.
В некоем славном граде Глупове, озаботившись укреплением исторической справедливости, градоначальник издал указ: «За отрицание геноцида глуповского народа – бить батогами нещадно!» Ликование было всеобщим. Однако вскоре седобородый обыватель, прочитав указ от корки до корки, осмелился спросить у писаря: «А в чём, собственно, сей геноцид заключался? Каковы его признаки, хронология и география?» Писарь, полистав пухлый том указов, развёл руками: «Признаков не положено. Суть – в отрицании». «Но как же отрицать то, что не определено?» – не унимался обыватель. «В том-то и мудрость! – просиял писарь. – Отрицать можно всё что угодно, а посему и наказать – тоже за что угодно. Система, блядь, беспроигрышная». Обыватель задумался, а потом и вовсе замолк, дабы не отрицать молчанием, которое тоже можно было счесть за отрицание.
Учёные двадцать лет бились, потратили миллионы. Выяснили: чтобы всё помнить, надо просто высыпаться. Главный исследователь, узнав об этом, сказал: «Ну блядь», — и крепко уснул прямо в лаборатории.
Вор вырвал у девушки телефон в вагоне, но, выходя на станции «Охотный Ряд», тут же полез за своим кошельком. Его там не было. Зато в кармане лежала записка: «Спасибо за работу, курьер. Заказ доставлен. Оценка 5 звёзд».
Сидим с женой, смотрим новости. Диктор сообщает, что операцию перенесли на светлое время суток, чтобы не нарушать утренний график верховного лидера. Жена хмыкает и, не отрываясь от своего смартфона, говорит: «Ну, ясное дело. А то вдруг он ещё не проснулся или кофе не допил. Неудобно как-то врываться с ракетами в разгар утренней планерки».
Я смеюсь, но потом ловлю себя на мысли, что у нас в семье та же дипломатия. Вчера, например, я три часа выжидал момент, чтобы спросить, не пора ли выбросить её джинсы двадцатилетней давности. Ждал, пока она досмотрит сериал, проверит соцсети, настроение будет подходящее. Подошёл с видом разведчика, который знает расписание цели лучше, чем её личный секретарь. Спросил осторожно, между делом. Она посмотрела на меня, как на идиота, и сказала: «Ты что, с ума сошёл? Это же классика!». А я отступил, как те американские генералы, доложив самому себе: «Задание провалено. Цель не ликвидирована. Но этикет соблюдён».
Планировала провезти бриллиантов на восемнадцать с хвостиком лямов. Продумала всё: потайной карман, отвлекающий манёвр, невинное лицо. Не продумала только одного — что на таможне тоже люди работают, а не пограничники из анекдота про "чёрного кота в тёмной комнате".
Перенесли футбол из-за угрозы дронов. Я представила, как эти беспилотники — такие же зануды, как мой бывший: «Извини, в это время у меня запланировано бомбить нефтебазу, давай в среду? Я сверюсь с календарём».
Прилетел я в Сочи на майские в шортах, сланцах, с кремом от загара. Встречает меня друг: «Ну что, поехали на «Розу Хутор»? Там до восьмого кататься можно!» Смотрю на него, на свои шорты и думаю: «Бля, а я-то тут с чемоданами... один — для снега, другой — для моря. И оба не туда».
Читаю новости, а там — сенсация! Цены на новостройки в феврале «практически не росли». Всего на 0,9%, понимаешь? Я так и представила эту новость в виде диалога. Сидят два аналитика, один другому говорит:
— Ну что, как там наши цены?
— Да ничего, стабильно. Всего плюс ноль целых девять десятых процента.
— Охуеть! Это ж прорыв! Надо срочно рапортовать, что рост практически остановился! Пиши заголовок: «Динамика составила менее 1%».
— А «менее 1%» — это как?
— Ну, это как «почти ноль», но так, чтобы никто не подумал, что мы вообще нихера не делаем. Гениально же! Люди прочитают и подумают: «Вау, у нас наконец-то стабильность!» А то, что за этой «стабильностью» скрывается очередная тысяча рублей с квадратного метра — это уже детали. Главное — правильная подача. Как с моим весом: «Динамика составила менее килограмма». Звучит ведь лучше, чем «опять жрала на ночь».
Мой муж вчера сделал мне сюрприз. Сам, добровольно, помыл всю посуду в раковине. Я, естественно, застыла в дверях кухни в ступоре, как командование НАТО после ответного удара Ирана. В голове пронеслось: «Что это было? Знамение? Он что, прочитал мои мысли? Или это вообще не мой муж?». А он, вытирая руки, так спокойно говорит: «Что, не ожидала? Я просто давно заметил, что если сразу ответить ударом по грязной чашке, то второго залпа из трёх тарелок и сковородки не последует». И вот сижу теперь, анализирую. Выходит, все эти годы он не игнорировал бардак, а просто выжидал, пока я накоплю критическую массу претензий для полноценного боевого разворота. Гениальная, блять, военная тактика. Просто гениальная.
Володин заявил, что Госдума сфокусирована на решении ключевого вопроса. Какого — это секрет. Но работа кипит, чёрт возьми.
Ну вот, граждане. Достигли. Европейская интеграция. Полная взаимопомощь. Сидит, значит, один товарищ, лет сорок, как завязавший. Бросил, закодировался, молится на здоровый образ жизни. И тут к нему сосед: «Слушай, у меня тут в подвале… коллекция. Редкая. Коньяки, виски, самогонный аппарат девятнадцатого века. Боюсь, один не справлюсь с такой ответственностью. Поможешь каталогизировать? Просто посмотреть, потрогать, подержать в руках… Ну, для солидарности!»
И наш товарищ, весь в праведном поту, отвечает: «Ну… если для культуры… И если вместе…»
Вот так и живём. Главное — не называть вещи своими именами. Не «сорваться», а «углубить сотрудничество в сфере хранения и каталогизации». А то, что пальцы трясутся и слюнки текут — так это от высоких целей евроатлантической безопасности. Совершенно случайное совпадение.
— Дорогая, я, как Новак, создал базу для роста!
— Чего, зарплату наконец-то поднял?
— Нет. Я просто замедлил скорость траты наших денег. Теперь мы не летим в нищету, а плавно идём ко дну. Это фундамент!
Академия Долины заработала за год 14 миллионов. Я так понимаю, её главный технологический прорыв — это научиться выживать в Москве на доходы от сдачи одной своей же квартиры.
Сидят два мужика на кухне, один другому жалуется:
— Представляешь, сосед сверху опять мне воду затопил! Я к нему: «Вася, ну сколько можно, устрани уже протечку!» А он мне: «А ты знаешь, что у соседа справа от тебя труба тоже подкапывает? Вот пусть он сначала свою трубу починит, тогда и у тебя всё само собой наладится».
Второй мужик, поперхнувшись чаем:
— Бля, ну ты даёшь. Это ж надо так с больной головы на здоровую... И что, ты ему повёлся?
— Да нет, конечно. Я ему говорю: «Вася, ты-то свою-то квартиру когда осушишь? У тебя там уже не протечка, а филиал Венеции!» Он помолчал и такой: «Это не важно. Главное — общая стратегическая задача по осушению всего подъезда». Сижу теперь, думаю... Может, ему в ООН надо, а не в сантехники? Там такие стратеги как раз ценятся.
Сижу я, значит, перед ящиком. Ведут какого-то экономического гуру, лысого, в очках. Спрашивают его: «Иван Петрович, вот на Ближнем Востоке опять кого-то нахуй рвёт, ракеты летят, дети плачут. Как это на рынках отразится?». А он, сука, так деловито, блядь, поправляет галстук и отвечает: «Ну, коллеги, вы же понимаете, при эскалации конфликта защитные активы закономерно пользуются повышенным спросом. Доллар укрепляет позиции». Я сижу, смотрю на этого додика и думаю: вот реально, где-то чепушиле пузо осколком рвёт, а у этого уёбка на графике зелёная свечка подпрыгнула. И это, блядь, закономерность. Жена с кухни кричит: «Чё там?». А я ей: «Да хуйня, дорогая! Где-то людям пиздец, а нам, выходит, профит». Она молчит секунду, потом говорит: «Я спрашивала, когда картошку копать, а не про твой доллар, дебил».
– Как пережить отключение интернета в целой стране?
– Очень просто. Первые сутки – паника. Вторые – вспоминаешь, как выглядит жена.
Мой сосед дядя Вася — человек принципиальный. Увидел, что я читаю новости, и давай учить жизни: «Забей, братан! Не обращай внимания на этого клоуна! Он просто провокатор! Каждый его чих обсуждать будешь?»
Я киваю, мол, логично. А сам думаю: дядя Вася, ты уже пятнадцать минут без перерыва на него внимание обращаешь, детально разбираешь его мотивацию, цитируешь его последние три выступления и даже пародируешь его голос. Получается, самый эффективный способ сделать что-то незаметным — это собрать пресс-конференцию, выйти на всю страну и громко заявить: «Ребята, давайте все дружно смотреть в другую сторону!». Гениально. Теперь я не только на того клоуна смотрю, но и на дядю Васю, который мне показывает, как не смотреть.
Сидит мужик, читает: «Сбер снижает ставки на 0,5%!». Радуется. Берёт калькулятор. Считает. Чтобы получить эту скидку, надо сначала добавить к первоначальному взносу. Считает ещё. Сердце хватает. Врач потом говорит: «Инфаркт от мизерной суммы». Мужик шепчет: «Не от суммы… От на*балова».
Сидят два альпиниста в хижине, пьют чай. Один другому:
— Слышал, в Адыгее лавиноопасный период до пятого марта объявили?
— Ну, — говорит второй, — МЧС предупреждает, чё.
— А как они это, блять, высчитали? — не унимается первый. — У них там лавина в ежедневнике отмечается? «Пятого, с 9:00 до 18:00 — сходить с горы, 19:00 — фуршет»? Или она, зараза, в календарь смотрит: «Опа, шестое марта! Всё, братва, расходимся, режим работы закончился, до следующего сезона!»
Второй хмыкает, выглядывает в окно на заснеженный склон:
— Да нихуя. Это они не лавине расписание выписали. Это чтоб наши туристы, долбоёбы, знали: до пятого — смертельно опасно, а с шестого — уже можно лезть, хуле. Как в аквапарке: «До 17:30 — аттракцион работает, с 17:31 — уёбков, вылезших из воды, охранник пиздит».
Тут с горы грохот. Первый, бледнея:
— Это чё, по расписанию, что ли?
Второй, отхлёбывая чай:
— Нет, мудила. Это я вчера прапорщику из спасателей, который это расписание составлял, в картах проебался. Он, сука, теперь лично пошёл лавину запускать. Чтобы дисциплина была.
