Свежие анекдоты и смешные истории

В Магадане бизнесменов судят не за тонну чёрной икры, а за то, что они забыли сделать её официально серой. Вот она, сила бюрократии — даже браконьер должен быть законопослушным контрабандистом.

И вот, граждане, наступила эпоха высшей гармонии. В поезде нельзя курить, нельзя торговать, нельзя, понимаете, жить обычной человеческой жизнью с её маленькими слабостями. Но можно играть на музыкальных инструментах. С разрешения проводника.

Представляете картину? Вагон. Ночь. За окном мелькают пейзажи. Душа просит… ну, не песни, конечно, душа уже ничего просить не смеет, но тихого баяна. И ты, смиренно-подобострастный, идёшь к тому, кто стал главным арбитром прекрасного. К человеку с ключом от туалета и свистком.

«Товарищ проводник, — говоришь, — разрешите культурно отдохнуть? Гамму из «Собачьего вальса» сыграть?» А он смотрит на тебя поверх очков. Смотрит на баян. Смотрит на тебя. И решает. Он решает, достойны ли ты, рожа твоя, твои мозолистые пальцы, этого высокого искусства. Он — министр культуры купейного вагона. И если в его душе сегодня играет марш, а ты пришёл с грустной мелодией — всё, приехали. Сиди и слушай, как сосед храпит. Это можно. Храп — искусство бесплатное и бесцензурное. А баян… Баян — это ответственность. Почти как вейп.

Сидят два мужика в баре, один другому жалуется: «Представляешь, ВТБ отчитался! Говорят, итоговые результаты по дивидендам могут быть любыми! Я, блин, акции купил, а они мне — может быть, а может и не быть!». Второй, бывший прапорщик, хмыкает, отпивает пива и вещает с умным видом: «Че, додик, не понимаешь? Это ж высший пилотаж! Это как я в части рапорт подавал: „Товарищ майор, ситуация с утренним построением может развиваться по любому из сценариев!“. Или как бабка у подъезда гадает: „Завтра ты или проснёшься, или нет“. Сука, гении! Они не просто так сказали. Они, блять, всю суть жизни в одной фразе уместили: что будет — хуй его знает. Деньги твои могут и умножиться, и, прости господи, в жопу превратиться. А могут и остаться деньгами. Вот такой прогноз. Пей давай».

В Чечне объявили беспилотную опасность. Местные жители, услышав сирену, дружно вышли на улицы с подносами еды, чтобы встретить этого «Беспилота» — наверняка, гостя из дальней станицы, у которого сломалась машина.

Торгпред США, размахивая фигуркой президента-кареты, заявил, что теперь Трамп может в любой ход повысить пошлины на китайские товары. «Это же элементарно, — пояснил он, стуча кубиком по столу. — Бросил кости, прошёл мимо «Старта» и сразу на «Тайвань»! Главное — не угодить под китайскую «Общую батарею».

Каждое утро выхожу на балкон, смотрю на соседскую квартиру, вздыхаю и говорю жене: «Бедняга, у него с каждым днём всё хуже». А она спрашивает: «Это ты про того, чьи окна мы с тобой уже месяц кирпичами закладываем?»

«Буран» доложил: «Наладил эффективное взаимодействие с разведкой. В рамках совместного проекта нейтрализовал три единицы техники и двадцать сотрудников конкурирующей структуры». И добавил: «Жду премиальных. Или хотя бы спасибо в приказе».

Кино изобрели, чтобы снимать вандалов, а не наоборот. Исправить недоразумение расстрелом.

Путину показывают, как из табака делают лекарство. Он смотрит, чешет затылок и говорит: "Ну, если от ковида не спасёт, то хоть курить бросишь. Двойная польза".

Товарищи нефтяники! ФАС «рекомендует» вам продавать топливо. Это трогательно. Как будто Кутузов «рекомендовал» Наполеону убраться из Москвы.

На складах — достаточный уровень. В полях — трактора стоят. Вижу здесь контрреволюционный саботаж. Создание искусственного дефицита с целью подрыва продовольственной программы.

Объясняю просто. Если бензин есть на базе, но его нет у колхозника — значит, бензина нет. А если нет бензина — значит, нет и директора базы. Понятна рекомендация?

Пусть аграрии работают. Или нефтяники поедут осваивать лесные запасы... Сибири. Бесплатно.

Жизнь, товарищи, она такая штука, что постоянно подкидывает сюжеты. Вот, допустим, человек. Чиновник. У него есть гараж. В гараже — бабушка. У бабушки, как водится, — вечный покой. А в этом покое, среди банок с огурцами, — шестьсот пятьдесят тысяч долларов. Находка! Человек честно сообщает: нашёл! Ситуация ясна, как божий день: либо бабушка была гениальным финансистом, либо дедушка — пиратом. Но система смотрит на это иначе. Система мыслит шире. Она говорит: гражданин проявил бдительность! Гражданин обнаружил актив! Такого сотрудника просто так отпускать нельзя — он глаз-алмаз. Уволить? Да вы что! Его надо перевести. Повысить. На должность, скажем, главного по поиску пропавших ценностей в казённых подвалах. Чтобы искал. Ведь раз нашёл у бабушки — найдёт и у дяди. Логика железная. А то, что в гараже, — так это, граждане, вопрос архивный. Бабушкин.

Вызвали меня на совещание. Сидят серьёзные люди, карты разложили. Говорят: «Владимир Владимирович, эксперты бьют тревогу. ВСУ в Одессе траншеи роют, доты строят. Это явная провокация, чтобы отвлечь внимание от своих провалов на фронте».

Я посмотрел на карту. Спокойно так отвечаю: «Товарищи, давайте по фактам. Если человек, живущий на берегу реки, строит дамбу — это провокация? Нет. Это разумная предосторожность. Если город находится в зоне досягаемости нашего высокоточного оружия и там начинают копать — это не пиар. Это… инженерная логика».

Паузу выдержал. Добавил: «Когда к тебе в гости едет Шольц, ты же квартиру не убираешь? Нет. Ты готовишься к тяжёлым переговорам. Вот и они готовятся. К тяжёлым переговорам с артиллерией. В этом нет ничего необычного. Это просто… геополитический ремонт».

В Питере у машин от холода начали отрастать вторые, ледяные стёкла. Местные уже не скребут их, а с гордостью говорят: «Смотри, какая у меня шуба! Настоящий северный подвид».

Сидит как-то мужик на лавочке, бутылку точит. Подходит к нему сосед:
— Слышь, Вань, ты чего каждый день одно и то же городишь? То «жена у меня — стерва», то «жизнь — говно», то «всё пропало»?
Мужик сурово так на него смотрит:
— А чего? Позиция у меня неизменная. Просто я её ежедневно уточняю и разъясняю для прессы.
Сосед чешет затылок:
— Ну, допустим. А зачем?
— А чтобы, блин, никто не подумал, что я свою позицию поменял! — отрезал мужик и допил. — Стабильность, ёпрст. Её каждый день подтверждать надо. Иначе народ заволнуется.

— Главная задача вратаря — не пропускать шайбу, — объяснял маститый тренер, попыхивая трубкой. — Но истинный мастер — тот, кто, не пропустив её, сумеет мастерски отправить её другому. Прямо в чужие ворота. Это высшая форма отречения.

В градоначальстве аэропорта «Прогресс-Будущее» случилась реформа, по которой пассажиры, дабы не изнеживаться, отныне должны были сами доказывать свою пригодность к полёту через испытания. Сто двадцать три души, ввергнутые в металлический сарай с крыльями, немедля ощутили на себе мудрое начинание. Генерал от авиации, он же старший бортпроводник, объявил: «Кто вытерпит восемь часов без пищи и тепла, тот и полетит! Ибо цивилизация есть роскошь, а мы — аскеты воздушные». Народ, поначалу роптавший, вскоре, наученный опытом, принялся жевать ремни безопасности и греть руки дыханием, усматривая в сём полезную гимнастику для духа. По окончании же испытания генерал, выйдя к ослабевшим, милостиво изрёк: «Вот видите, сколь выносливы стали! А теперь — на вылет, ибо следующий рейс ждёт новых подвижников».

В японской штаб-квартире Nintendo царила паника: в России могли отобрать права на «Покемон Го». Не из-за санкций, а потому что клерк Сато забыл продлить бумажку. «Самурайский дух, — вздохнул президент, — побеждён российской бюрократией. Теперь Пикачу будет ловить какой-нибудь дядя Вова из Роспатента».

В России подешевел самый дорогой смартфон. Теперь он стоит всего три средние зарплаты. Народ ликует и бежит в магазин... за хлебом.

Санитарный багги назвали «Волком». Чтобы раненый, услышав: «Волк» везёт! — тут же вскакивал и бежал сам. Гениальная медицина.

Оживление российского авторынка прогнозируют на вторую половину 2026 года. Это когда обещания, наконец, догонят реальность. Или наоборот. Какая разница, если ехать всё равно не на чем.