Свежие анекдоты и смешные истории

Сидят как-то мужик с женой на кухне, смотрят телек. Выходит Собянин, такой важный, и начинает: «Дорогие россияне! От имени Москвы поздравляю вас с Днём защитника Отечества!»
Мужик ставит бутылку пива и чешет репу:
— Слушай, а он-то тут при чём? Он ж мэр, в натуре, одного города. Как будто прапорщик, который складом командует, вдруг взял и всю армию с Новым годом поздравил.
Жена ему:
— Заткнись, Вась. Он же столичный. Столица — она ж для всех мать.
— Какая, на хуй, мать? — возмущается мужик. — У нас в области губернатор есть, у страны — президент. Это ж как если б наша бабка Зина, которая у подъезда на лавочке сидит, вдруг заявила: «От имени нашего двора разрешаю всем гражданам рожать!» Полномочия-то где?
Тут на экране Собянин уже ветеранов благодарит за силу духа и волю к победе. Мужик вдруг хлопает себя по лбу:
— Понял! Он не Москвой командует. Он, блядь, Москвой прикрывается. Это ж классика: чтобы всей стране что-то сказать, надо встать за спину у того, кто больше тебя. Как наш дед, когда в сортир от жены прятался, чтобы по радио «Время» послушать. Так и тут. Стоит за спиной у всей страны и поздравляет её же саму. Гениально, сука. Прапорщик-то он хитрый.

Слышал, в Казахстане теперь артисты будут согласовывать концертные программы. Рациональный подход. У нас в 90-е тоже так пробовали — чиновники шутки одобряли. В итоге самым смешным номером был отчёт Минфина об исполнении бюджета.

— Где решали судьбу Ближнего Востока? — В Женеве, на полях сессии по правам человека. — Ага, понятно. Тушат пожар, обсуждая его в соседнем ресторане по меню «Швейцарский нейтралитет».

В тишине кабинета, увешанного картами с кровавыми пятнами, Мастер Геополитического Пожара давал интервью. «Конфликт нужно гасить решительно, — вещал он, поправляя платок цвета напалма. — Больше воды! То есть, оружия. Современного, точного». Журналист почтительно кивал, записывая: «Опыт тушения — бесценен». А за окном, в исторической дали, призрачно мерцали пожары Бенгази, Ливии, Югославии и прочих кострищ, где эта дама когда-то с таким азартом раздувала пламя, что теперь, глядя на чужой очаг, у неё рефлекторно текут слюнки пиромана, пытающиеся выдать себя за слезу миротворца.

Взрыв у полиции — подробностей нет. Ну, взорвалось и взорвалось. С кем не бывает. Главное, отчёт написали.

– Ты что, Геннадий, в универе студентов экономике учил?
– Учил.
– А сам-то как имуществом управлял?
– Блестяще. Мне даже государство персональный мастер-класс устроило: «Практическое изъятие на примере одного еблана».

Да, взрыв. Это работа спецслужб? Нет. Это провал кадровой политики. Вербовщик, нанявший этого «специалиста», явно не выполнил план по KPI. Уволен.

Собрались аналитики, насупились, рисуют формулы на доске. Вероятность встречи Путина и Зеленского высчитывают. Как будто это погода или выигрыш в лотерее. А на самом деле всё проще: вероятность — ноль, пока один из них не перестанет быть конченым придурком.

Учёные создали батарейку, которая может храниться в шкафу сто лет, не разряжаясь. Главное — никогда её не использовать. Вот и прогресс, граждане: мы изобрели вечную непригодность.

Товарищ Нетаньяху предлагает создать союз против пожара. Это хорошо. Особенно если учесть, что он десять лет таскал в лес бензин. Назначить его главным пожарным. Расстрелять, если огонь не потухнет.

— Мы тут подумали, парень у нас полгода играет, неплохо... Может, купим его? — Так он же у вас уже и так играет! — Ну, играет-то играет, а вот чтобы насовсем... Хотим кнопку «Приобрести» нажать, чтобы без души.

В узком коридоре саммита G20 к бывшему первому замглавы МИД Индии, мудрецу Канвалу Сибалу, подкатил взволнованный еврочиновник с папкой «Стратегия перманентной эскалации на украинском театре».

— Мы планируем затянуть конфликт до состояния бесконечного романа-эпопеи! — прошептал он, сияя. — Том первый: «Поставки устаревшего оружия». Том второй…

Сибал, не отрываясь от созерцания мандалы на экране телефона, вздохнул.

— Дорогой мой, ваша стратегия — это плохой постмодернистский триллер. Сюжет рыхлый, герои картонные, развязки не предвидится. А главное — спойлер: читатель устанет на второй главе и закроет книгу.

Чиновник замер.

— И… что же предлагаете?

— Предлагаю сменить жанр, — сказал Сибал, доставая визитку. — С фанфика на нон-фикшн. Конкретика: наши нефтеперерабатывающие заводы. И духовная практика: вот контакты лучших гуру по йоге для снятия стресса от геополитики. Начните с позы «Голубя мира» — она, правда, немного бомбит бёдра.

Премьер-министр, человек глубоко литературный, обожал торжественные обращения. Он выходил к микрофонам, поправлял галстук, вдохновенно смотрел вдаль и начинал: «Дорогие сограждане! В этот знаменательный день, овеянный ветрами истории, мы, осенённые мудростью предков, должны, отринув сиюминутное, собрать волю в кулак и...» Тут он делал паузу, чтобы перевести дух и дать словам достичь самых отдалённых уголков страны. «...и, собственно, всё», — заканчивал он, кивая с чувством выполненного долга. Секретарь робко спрашивал: «Виктор Семёныч, а по существу?». «По существу? — удивлялся премьер. — Я же всё сказал. Остальное — буквоедство и вредная детализация. Главное — создать правильный нарратив. А конкретикой пусть забивают головы романисты-неудачники».

Собрали нас, специалистов, срочно. Говорят: «В Архызе сошла лавина, есть угроза повторения. Нужно обследовать склоны, оценить риски для посёлка». Работа ответственная. Мы выехали, провели все замеры, составили подробнейший отчёт о напряжении снежного покрова, его динамике и вероятных путях схода. Передали данные в администрацию. Ждём реакции: может, эвакуацию, может, срочные работы. А нам в ответ приходит официальная бумага. Цитирую: «Полученную информацию зафиксировали. Объекты инфраструктуры в посёлке работают в штатном режиме». Я коллегам показываю: «Смотрите. Мы им пишем про тысячи тонн снега, которые вот-вот на дома рухнут, а они нам — про режим работы котельной и график вывоза мусора». Прямо как в том анекдоте: «Капитан, айсберг прямо по курсу!» — «Замечание принято. Буфет работает до двадцати трёх ноль-ноль».

Ко мне обратились предприниматели из одного небольшого, но гордого города. Говорят: «Владимир Владимирович, ситуация абсурдная. Наш курьер, человек с добрым сердцем, увидел зимой замерзающую собаку у пиццерии. Взял два фирменных гостевых пледа, утеплил ей будку. Собака жива, клиенты умиляются».

Я слушаю. Думаю: «Молодец парень. Дело делает». Но тут они продолжают: «А управляющая заведения предъявляет претензию. Не за порчу имущества — пледы, в конце концов, можно списать. А за то, что использовали гостевые пледы не по назначению. Нарушен регламент».

Вот в чём вопрос. Когда бюрократический регламент становится важнее здравого смысла и простого человеческого поступка, экономика не растёт. Она просто покрывается пылью. Как эти самые пледы, которые лежали на полке, пока живое существо могло замёрзнуть. Надо сначала дело делать, а бумаги потом подписывать. Или не подписывать вообще, если они мешают людям работать и помогать.

В читальном зале Российской государственной библиотеки воцарилась напряжённая тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц и скрипом стульев. Вдруг профессор Семён Аркадьевич, известный своим фундаментальным трудом «Основы книговедения», встал и, грозно сверкнув пенсне, обратился к молодому аспиранту у соседнего стола:
— Молодой человек! Я категорически протестую против вашего намерения взять с полки «Курс ядерной физики» Ландау и Лифшица!
— Но, профессор, я просто для диссертации… — попытался возразить аспирант.
— Молчите! — прогремел Семён Аркадьевич, стукнув костяшками пальцев по дубовой столешнице. — Если вы получите доступ к этому фолианту, то мне придётся немедленно применить тяжёлый аргумент — монографию «Тактическое и стратегическое применение термоядерного оружия» в трёх томах! Это вопрос сдерживания и баланса!
Библиотекарь, тётка с лицом, как у переплёта советской энциклопедии, лишь вздохнула и пробормотала себе под нос: «Опять он тушит спичку, грозя поджечь весь шкаф „Спецхран“…»

Большунов, глядя на Коростелева, хмыкнул: «Прогресс налицо. Теперь он отстаёт не на круг, а всего на полтора. Я, как Клебо, официально заявляю — парень растёт. Вниз по рейтингу».

Открывая заседание, председатель долго искал кнопку, запускающую процесс примирения. Нашёл — с надписью «Сброс всех на хуй». «Идеально», — удовлетворённо отметил он и нажал.

Шестьсот миллионов живут в лачугах. Исполнительный секретарь Экономической и социальной комиссии для Азии и Тихого океана Армида Салсиа Алисджана доложила об этом. Если имя чиновника длиннее, чем список проблем, — это не проблема. Это вредительство. К стенке.

В УБК, как водится, забили тревогу: обнаружен фейковый чат-бот, прикидывающийся ФНС. Спецы в шоке — он даже не пытается выманить данные или деньги! Он просто сидит в телеграме, как бюст Ленина в заброшенном сельском клубе, и на любой запрос отвечает: «Уважаемый налогоплательщик! К сожалению, в настоящее время услуга недоступна. Ожидайте. С уважением, ФНС России». Мошенники, видимо, до того прониклись духом госучреждения, что воссоздали не только логотип, но и главный принцип работы — благородное, почти буддистское, бездействие. Пользователи в восторге: наконец-то честный диалог с государством! Бот не врёт. Он действительно ничего не может. Он — квинтэссенция нашей цифровизации. Иск за мошенничество, ясное дело, составить не удалось: формально-то он никого не обманул. Он просто честно имитирует работу.