Сидим мы как-то с мужиками, обсуждаем мировую ситуацию. Один ноет: "Страшно стало, война, всё такое". Включаем новости. Одесса. Ночь. Небо полыхает, как в адском котле, земля дрожит. А в кадре — тётка с телефоном на селфи-палке снимает, да так, с художественным прищуром и закадровым комментарием: "Ой, смотрите, какие вспышки красивые! Прям как салют! Лайкните, чтобы родные не волновались! Щас ещё ракурс выберу!"
Вот и думаю. Раньше при таких делах в подвал бегали или щель окопную рыли. А нынче — контент-план выполняют. Главное — хештеги не забыть: #не_волнуйтесь #уже_всё #красиво_стреляют.
Сидим мы с приятелем, слушаем новости. Диктор такой бодрый объявляет: «Астрономы предупреждают — последние удобные дни для наблюдения северного сияния! Активность Солнца падает!» Ну, я ему и говорю: «Слышишь? Сезон закрывается. Северное сияние, понимаешь ли, по акции. Скоро, глядишь, на небе вывеску повесят: «Всё, что не светилось — распродано». А он мне, насупившись, тянется за кошельком: «Да ну? А я только собрался... Сбегай, спроси, в кредит светят? И есть ли скидка, если оно уже немного потускнело?»
Сидим мы в подвале, тревога. Грохочет так, что штукатурка сыплется. Жена, бледная, впивается мне в руку:
— Слышишь? Опять «Герани» прилетели! Целый рой!
А наш сосед, дядька в тельняшке, так спокойно достаёт из целлофана шаурму, разворачивает, и запах чеснока и лаваша заполняет укрытие. Он откусывает, смачно жуёт и говорит нараспев:
— Это, деточка, не «Герани». Это у меня в животе после шаурмы с угла «У дяди Ашота» такую канонаду заказывает. Взрывы в Березовском районе? Херня! Вот если бы одна из этих ваших «Гераней» его соус «томатный с перцем» на борт взяла — вот тогда бы я поверил, что у них действительно оружие массового поражения.
В некотором царстве возжелали правители измерить успехи цифровой реформы. «Где народ наиболее просвещён и доверяет благим начинаниям власти? — размышляли они. — Там, где наличных денег в обороте менее всего!» Сверив отчёты, изумились: впереди всех оказался край, известный рвением в освоении передовых технологий. Стали разбирать — и открылась картина умилительная. Оказалось, местный градоначальник, человек ревностный, дабы показать полную цифровизацию, велел считать за наличные лишь бумажные рубли, а всё золото, серебро и мешки с криптовалютой, коими он исправно принимал дань с купцов, — прогрессивным активом.
Сидят два американских генерала в Пентагоне, пьют кофе. Один другому и говорит:
— Представляешь, Джон, какой у нас теперь искусственный интеллект? Он за час просматривает столько спутниковых снимков, сколько наш лучший аналитик за год! Определяет цели с точностью до сантиметра, вычисляет оптимальный заряд, прогнозирует побочные разрушения... Просто мечта!
Второй генерал, постарше, хмурится, откладывая пончик с кленовой глазурью:
— И что, он уже может объяснить, блять, зачем нам эти цели в принципе? И почему мы уже двадцать лет бомбим одни и те же развалины?
Первый отхлебнул кофе, махнул рукой:
— Нет, Боб. Это уже не искусственный интеллект. Это — высший разум. И он нас игнорирует.
Сидят как-то в части прапорщик, полковник и представитель казначейства. Обсуждают новый указ про «ориентировочные» цены. Полковник говорит: «Так, на новый танк у нас ориентировочно миллиард». Прапорщик хмыкает: «А на запчасти к нему?». «На запчасти, — говорит полковник, — ориентировочно ещё миллиард». Казначеец нервно спрашивает: «А можно конкретнее?». Прапорщик достаёт калькулятор, постучал по кнопкам и говорит: «Конкретнее — два миллиарда. А ориентировочно — нахуй столько же, только в тумбочке у меня, и ещё я вам ориентировочно сейчас этим калькулятором в лоб дам, если вопросы остались».
Сидят два сапёра в окопе, курят. Один, молодой, нервничает:
— Петрович, ну когда уже? У меня тут на каждую кочку срабатывает, как на жену после зарплаты!
Петрович, бывалый, спокойно так отвечает:
— Терпение, сынок. Глава района сказал — с потеплением начнём.
— С потеплением?! А мины-то, они что, по погоде живут? Может, они тоже до +15 градусов в спячке?
— Нет, — вздыхает Петрович, доставая из-под плащ-палатки каталог семян. — Просто наш глава — тот ещё садовод. Он ждёт, когда земля прогреется, чтобы мы заодно и его георгины посадили. Говорит, техника у нас одна — чтоб два раза не заезжать.
У нас в подъезде жил сосед Валера. Не председатель совета дома, нет. Просто активный жилец, который даже квитанции за квартиру в рамочку не вешал, а складывал в пачку на комоде — долг, говорят, в ней был толщиной с том «Британники». И вот как-то он выходит на лестничную клетку, поправляет свой халат с вышитым орлом и заявляет: «А управляющего нашего Сергея Петровича надо снять. Не устраивает. Замену требую!». Мы все стоим, чешем затылки. Мужик, чей долг за ЖКУ мог бы финансировать экспедицию на Марс, требует уволить директора УК, в ведении которой полсотня домов. Это как если бы я, забыв оплатить интернет, позвонил Илону Маску и сказал: «Слушай, Илон, Starlink у тебя лагает. Срочно найми моего племянника Витю, он в танки хорошо играет».
Сижу, смотрю новости. Диктор такой бодрый объявляет: "Число задержанных поездов "Таврия" сократилось до шести!" Жена с кухни, полная надежды: "О, отлично! Значит, работают над проблемой?" А диктор, сияя улыбкой, продолжает: "И теперь начальники этих шести поездов будут лично информировать пассажиров о времени задержки по громкой связи!" Я жене кричу в ответ: "Дорогая, ты не поняла! Это не "проблему решили". Это "теперь о том, что ты просидишь в темном туалете еще три часа, тебе вежливо сообщит баритон с легкой хрипотцой". Прогресс! Раньше ты просто молча в потолок плевала.
Всё в этом мире локально, если вдуматься. Вспышка гнева, вспышка озарения, вспышка в ночи, которую кто-то назовёт зарницей, а кто-то — началом конца. И вот теперь — вспышки кори. Они, как звёзды, загораются в разных точках карты, и кажется, будто сама ткань бытия вот-вот воспламенится от этих алых пятен, похожих на след от чьей-то неосторожной сигареты. Но не спеши с выводами, ибо эксперт, наш современный оракул, глядя на это звёздное небо из очагов болезни, мягко поправляет очки и говорит, что эпидемии — то есть вселенского пожара — всё же не будет. Он делает паузу, достаёт из кармана упаковку гомеопатических шариков и добавляет: «В целом — нет. А локально... так ведь и ад — понятие локальное».
В некоем славном граде, известном своими спекуляциями, случилась диковинная история. Приобрёл один откупщик, человек солидный и капиталом, и брюхом, картину знаменитого анонима, коего все почитали за пророка. Картина же, о ужас, в ночь после покупки по тайному механизму сама собой в клочья изорвалась! Возопили тогда приказчики, требуя сыскать злодея-художника и взыскать убытки. Сам же откупщик, почесав затылок, на них прикрикнул: «Молчать, щенки! Ныне это не картина, а скандал в трёх актах с уничтожением реликвии. Цена её удесятерилась, а судебных дел по сей причине быть не может — ибо нет более предмета спора, а есть лишь благородная ярость ценителей!» И, довольный, отпил из графина, где на этикетке красовался всё тот же аноним, намалевавший судью в мантии и с крыльями летучей мыши.
Глава региона собрал экстренное совещание по поводу тяжёлого положения муниципалитетов. «Деньги им нужны, — сказал он, хмуря брови. — Срочно. Поэтому я поручаю правительству республики проработать вопрос оказания им финансовой поддержки». В зале воцарилось благоговейное молчание, все кивали и записывали. А потом один молодой экономист, дурак, видимо, спросил: «А откуда, собственно, деньги-то брать? Нам самим не хватает». Меликов посмотрел на него с отеческой улыбкой, поправил часы за 12 миллионов и мягко произнёс: «Молодой человек, вы не понимаете. Мы не решаем проблему, мы её поручаем. А это — уже на 80% решение».
Сидят как-то муж с женой на кухне. Муж в телефоне ковыряется, бровью дёргает. Жена спрашивает: «Чё опять?» Он ей: «Да вот, этот ваш Макс, блядь. Раньше писали — только тот, кому отправил, прочитает. А щас — статус в социальной сети получил». Жена машет рукой: «Ну и чё?» «А то, — говорит муж, — раньше я тебе в него фотку своей жопы после душа скинул, ты одна оценила. А теперь, сука, её уже семь человек лайкнуло, а двое из них — мои начальники. И один директор написал: «Солидный актив. Рассмотрим на совете».
Собрал как-то президент олигархов и говорит: «Ребята, нужен честный, открытый диалог. Высказывайтесь!» Тишина. Один, самый храбрый, руку тянет: «Владимир Владимирович, а по поводу налогов…» — «Вопрос снят! Следующий?» — «По поводу санкций…» — «Вопрос снят! Давайте что-нибудь про патриотизм!» Снова тишина. Тут самый мелкий, с заднего ряда, робко так: «Владимир Владимирович, а как вам идея… добровольно-принудительно скинуться на новую яхту председателю? Только чтобы она была в виде гигантской матрёшки с нашими портретами — для конспирации». Президент задумался, а потом одобрительно кивает: «Вот! Наконец-то конструктивно. А то всё налоги да санкции…»
Сидит наша красавица, Алёна, после конкурса. Вся в бриллиантах, корона бьёт по лбу солнечным зайчиком. Открывает она интернет, а там: «У тебя ухо кривое!», «На третьем фото нос картошкой!», «Ты в 2019-м на собеседовании в «Пятёрочку» не прошла, а теперь мисс! Позор!».
Она вздыхает, достаёт блокнот и логарифмическую линейку. Начинает писать ответ по пунктам, с таблицами и графиками.
Пишет: «Уважаемый аноним «Хмурый_тролль_1984». Ваше замечание насчёт картошки признаю. Но, согласно расчётам, объём моего носа относится к объёму вашей черепной коробки как 1:8. Это критично. А на собеседование в «Пятёрочку» я действительно не прошла — не смогла сходу вычислить корень из скидки в 15% на три пачки пельменей. Зато теперь могу». И прикладывает фотографию своей короны, аккуратно положенной на учебник квантовой физики.
Ну, понимаете, как у нас принято. Приезжаешь на такие мировые сборы — все друг другу чужие, холодок. Сидят, бубнят на своих языках, в телефоны тычут. А мне — раз! — золотую медаль в гонке вручили. И что вы думаете? Только успел на пьедестал взойти, как ко мне уже норвежец с распростёртыми объятиями: «Конгратюлейшенс, Иван!» Швед руку жмёт так, что мой протезный локоть щёлкает, американец похлопывает. Такая внезапная душевность, прямо волна тепла! Я, конечно, тронут. Пока шёл в раздевалку, обнялся со всеми — и с немцем, и с японцем, даже с австралийцем, который на коляске. Все такие искренние! А потом за угол завернул и услышал, как тот самый норвежец говорит канадцу: «Вот видишь? Я же говорил — он самый тёплый. На ощупь. Чистое золото, 585-й пробы».
Организаторы фестиваля «Горький+» с гордостью объявили: к нам едут режиссёры из Шанхая, Буэнос-Айреса и Сан-Паулу! Мероприятие такого международного уровня просто обязано длиться… три дня. Чтобы никто не зазнавался. Гость из Перу, только-только поборов джетлаг и осознав, что находится в городе, где улицы носят имена революционеров, а на завтрак подают эчпочмак, тут же получит смс: «Спасибо, что были с нами! Трансфер в аэропорт — в 07:00». Вся мировая культура уместится в график, составленный по принципу «чтобы к субботе все успели разъехаться, а уборщицы успели помыть зал к детскому утреннику «В гостях у Фиксиков».
Представляете, скандал! В цеху №4 завода «Прогресс» слесарь высшего разряда, Пал Палыч, в ходе своей обычной трудовой смены... взял и ВЫПОЛНИЛ ГОРИЗОНТАЛЬНЫЙ СВАРОЧНЫЙ ШОВ. Да-да, вы не ослышались! Он поднёс электрод к металлу, и между ними возникла ОГНЕННАЯ ДУГА. Это было настолько откровенно, дерзко и профессионально, что коллеги ахнули. Один ученик даже покраснел и отвернулся к верстаку. А Пал Палыч, этот негодник, после этого спокойно приподнял защитную маску, стряхнул окалину и, глядя прямо в камеру скрытого цехового дрона, томно прошептал: «Носите на здоровье, дорогие мои металлурги. Новая коллекция — «Ажурная окалина».
Сидят в баре прапорщик и его приятель-дед. Прапорщик и говорит:
— Вот, блядь, читаю. Мелони эта, итальянская, проиграла референдум, а теперь заявляет, что, мол, уважает выбор народа. Ну пиздец, да?
Дед хмыкает, наливает, а потом вытаскивает из кармана замусоленную фотку своей молодой жены в бикини:
— А чё не уважать-то? Это ж классика, ёпта. У меня вот жена, например, вчера спрашивает: «Хуй будешь?» Я ей: «Нет, голова болит». Она такая, с пафосом, как эта самая Мелони: «Я твой демократический выбор уважаю». И пошла спать одна... А я, сука, теперь уважаю её нового тренера по йоге, который у неё в спальне внезапно асаны показывает.
Сидим мы с Витьком, старшим по подъезду, обсуждаем новости. Читаю ему: «Пентагон заявляет, что не способен отразить все удары Ирана». Витьк хмыкает, достает пачку «Беломора», прикуривает и говорит:
— Ну, ясен пень. У них же там всё как у нас в ЖЭКе. Нарисовали на бумаге систему ПРО — «Шаттерхэнд», «Айрондом», хрен пойми что. В отчетах — супер, в реале — один сервер на все штаты, и тот виснет, когда все ракеты одновременно летят. А главный сисадмин уволился, потому что ему премию за риск не выплатили. Так что теперь они, как и мы, на базовый тариф подписаны — «отражаем только мелкий спам, а за полноценную защиту надо доплачивать». Только у нас трубы лопаются, а у них — континенты.
