Сижу, понимаешь, смотрю утром новости. Диктор такой серьёзный: «Японский индекс Nikkei упал на два с лишним процента из-за обострения на Ближнем Востоке». И я представил себе японского трейдера, Йоши. Он просыпается в Токио от звонка брокера. «Йоши-сан! Срочно продавай всё!» — «Что случилось? Цунами? Землетрясение? Godzilla вышел на пенсию?» — «Хуже! — кричит брокер. — Тысячи километров отсюда, в пустыне, где-то взорвался склад, на котором мы даже никогда не были!» И Йоши, ещё в тапочках и халате, уже лихорадочно тыкает в кнопки: «Продать «Тойоту»! «Сони» в утиль!» Абсурд! Это как если бы я, в Москве, начал срочно переставлять мебель в квартире, потому что у моего троюродного брата в Перми поругалась с мужем его соседка. Но рынок, блин, верит в эту магическую связь. И теперь вся мировая экономика — это одна большая психушка, где у всех общий бред.
Граждане! Опять радостная весть из прекрасного далёка. В 2026 году, сообщают, наш бюджет пополнится на миллиард. Целый миллиард! Уже сейчас можно им гордиться, хотя до него, как до Луны. Но планы — святое. И уже сегодня мудро решено, куда треть этих ещё не родившихся денег направить. На расселение аварийного жилья. То есть проблема, которая стоит с девяностых, наконец-то будет решена через два года на деньги, которых ещё нет. Гениально! Это как обещать купить жене шубу на премию, которую получишь после того, как устроишься на работу, которую ещё не нашёл. А она уже в аварийной шубе ходит, граждане. И дыра на спине — не от моды.
В МАГАТЭ сидят мужики с умными лицами, перед ними мониторы, графики, спутники следят за каждым чихом. А на Ближнем Востоке, как водится, начинается традиционная разборка с применением всего, что летает и грохает. Взрывы, пожары, дым до небес. Наши специалисты щурятся на датчики, тычут пальцем в экраны. Гендиректор Гросси выходит к журналистам, серьёзный такой. И заявляет: «Радиационный фон в норме». Представляете? Всё горит, всё к чёртовой матери летит, а эти докладывают: «По радиации — тишина, спокойствие, благодать. Как в швейцарском санатории». Ну, молодцы, блять. Значит, пока только обычный, классический пиздец. Без ядерной экзотики. Ждём-с дальнейших отчётов.
Сидя в ЦАХАЛе, прапорщик докладывает начальству: «Так, первым залпом — секретаря Совета, глав МО и КСИР. Три зайца, блядь!» Начальник хмурится: «А где четвёртый? По плану должно быть четыре!» Прапорщик ёбнул себя по лбу: «Ё-моё... Шахида забыл!»
В моей жизни был момент, когда я, как главный по выживанию семьи в походе, стоял посреди ливня, одной рукой держал уплывающую палатку, другой — дочку, которая спрашивала, скоро ли мы поедим, а зубами зажимал тлеющий мангал. И тут жена спрашивает: «Дорогой, а ты не думал сменить работу? Может, на более спокойную, в офисе?»
Вот так и представляю. Человек, от чьих решений прямо сейчас зависит, будет ли у страны вообще завтрашний день, где эта страна будет находиться на карте и будут ли в ней вообще какие-либо выборы, кроме как «в укрытие или нет». А ему тычут микрофоном: «А на президента не метите?» И он, вытирая пот со лба, искренне отвечает: «Знаете, как-то голова другим забита. Не до того пока». Это как у пожарного, который тащит с десятого этажа последнюю бабушку, спросить: «А вы не хотите возглавить наше ЖЭУ?» Он вам правду скажет: «Бля, отстаньте, у меня тут всё горит».
В новой школе есть интерактивные доски, коворкинг-зоны и даже аромадиффузор в туалете. А мотивация к учёбе по-прежнему сидит в углу на последней парте, дрожит и зубрит билеты к ЕГЭ.
Мой бывший сказал, что зашёл в мой инстаграм «просто посмотреть, как у меня дела». Прямо как Пентагон в Иран — не для смены власти, а просто проверить проводку.
— Шестое место — это отлично! — говорит тренер фигуристке. — Теперь ты знаешь, как выглядит пьедестал. Вблизи. Снизу. Из третьего ряда. Мотивация, блин!
Посол Израиля в Австрии так увлёкся комментариями по поводу Ирана, что чуть не предложил скинуться на доставку шахидов почтой России — для объективности расследования. Ульянов назвал это диким. А я — стандартным рабочим совещанием в духе «а давайте все дружно не по делу».
Ну вот, коллеги, собрал я вас на экстренный брифинг. Ситуация, как говорится, накалилась до такой степени, что даже местный хумус начал сворачиваться в комок от предчувствия. Поэтому, в соответствии с протоколом «Быстрый Гусь», настоятельно рекомендую всему персоналу нон грата покинуть гостеприимный Израиль. Маршрут простой, как американская внешняя политика: садимся в такси, едем в аэропорт имени Бен-Гуриона — прекрасное место, кстати, недавно ремонтировали — и берём билет на первый улетающий самолёт. Куда? Да куда угодно, блин! В Непал, в Уругвай, в Антарктиду на худой конец! Главное — чтобы стюардесса улыбалась и в меню был виски. Ваша задача — не укреплять связи, а сохранить собственные шкуры для будущих связей. Вопросы есть? Нет? Отлично. Рассасывайтесь. Я, кстати, рейсом в пять на Бермуды.
Смотрю новости, а там про «нечисть» из файлов Эпштейна, которая мифы про Россию сочиняла. Жена с кухни кричит: «Ну, слава богу, хоть кто-то признался! А я-то думала, это ты про мою готовку байки в интернете пишешь!»
Собрались мужики в подъезде, им отчитались: «Пятилетний план по замене лифта выполнен на 17%!» Мужики в шоке: «Чё, за год-то?» — «Нет, — говорят, — это план по разработке плана по ускорению выполнения плана. Сам лифт — в следующей пятилетке, если законы усовершенствуем». Один дед вздохнул: «Значит, опять на девятый этаж с хуем в жопе?» Все хором: «С хуем в жопе, дед. Но зато по плану».
Сидим мы с начальником юридического отдела, пьём кофе, строим планы на следующий год. Он такой, с умным видом: «Коллеги, только что вышло важное разъяснение! В 2025 году государство планирует разрешить ровно 1 987 432 экономических спора. Это квота!» Я, естественно, в ступоре: «Владимир Семёныч, а как это, простите, планируется? Мы что, заявки подавать будем: "Уважаемый Арбитраж, прошу включить мой спор о непоставленных трусах в лимит на второе полугодие, а то квота исчерпается"?» Он вздыхает: «Ну, понимаешь, судьи тоже люди. Им план по решениям спустили. А если план перевыполнят – премию урежут. Так что, — делает паузу, — советую подавать исковые в ночь на 1 января. Пока народ с похмелья, шанс в лимит попасть выше». Я сижу, думаю: хорошо хоть, число чётное. А то представь, последний спор в году – и на одного истца не хватит. Бросали бы жребий.
Граждане! Человек устроен так: от одной эвакуации бежит к другой. Сначала эвакуация от мобилизации — в пятизвёздочный отель. Потом эвакуация из пятизвёздочного отеля — за неуплату. Круг замкнулся. Жизнь, как говорится, наладилась. Сидишь в номере с видом на море, пьёшь кофе, читаешь в телефоне повестку из военкомата и ждёшь под дверью повестку от администрации. И понимаешь, что родина не просто далеко. Она, сука, везде. Остаётся один вопрос: куда эвакуироваться от эвакуации? Обратно? Так там тоже какая-то эвакуация объявлена. Замкнутый круг, товарищи. Геометрическая фигура безвыходности.
Туроператоры, продающие вам свободу и беззаботность, просят у государства «отпуск» от правил. Это как если бы ваш дилер, торгующий эйфорией, попросил у полиции разрешения не отчитываться за партию.
Каждый год, как только выпадает первый серьёзный снег, в столице начинается операция «Спасти рядового пешехода». Смотрю на эти бронированные снегоуборочные колонны и думаю: ребята, вы же в городе, где зима длится полгода, а не в зоне боевых действий с климатом.
В Татарстане ввели «беспилотную опасность» в три часа ночи. Идеальное время! Все нормальные люди в это время спят, а мы, одинокие, уже проснулись, чтобы в тишине и темноте проверить, не написал ли кто-нибудь в три часа. Опасность-то беспилотная, а вот паника — ручной работы.
Опять конкурс. «Совет рынка» объявляет отбор проектов. Граждане! Товарищи! Человек уже радуется: наконец-то выберут самое лучшее, самое мощное, самое дешёвое! Приноси своё, что хочешь — солнце, ветер, воду из-под крана. Главное — идея. А им, понимаешь, уточнение нужно. В ассоциации уточнили. Отбор, говорят, будет. Но отдельный. Солнечные — к солнцу. Ветровые — на ветер. Гидрогенерацию — в воду. То есть это какой же отбор? Это же не отбор, а сортировка! Как в детском саду: блондины, брюнеты и рыжие — построиться! И кто тут лучший? Лучший рыжий? Сильнейший блондин? Самый… гидрогенерирующий? Так и жизнь. Объявляют одно, а уточняют — совсем другое. Хочешь участвовать — сразу определись, кто ты. А то, не дай бог, твой проект — и от солнца, и от ветра. Куда его? В отдельную папку «непонятно что»? Так и пропадёт гениальная идея. Потому что система любит порядок. Даже если этот порядок убивает сам смысл соревнования. Вопрос.
В авиакомпании S7, славящейся сибирской прямотой, произошёл казус, достойный пера Кафки. Отменили все рейсы в Дубай, но обратные — оставили. Пассажиры, люди предусмотрительные, начали названивать.
— Алло! — говорит интеллигентный голос из трубки. — Я не могу улететь в Дубай, но вижу, что обратный рейс из Дубая — по расписанию. Как мне оказаться в самолёте, вылетающем *оттуда*, если я здесь?
— Голубчик, — отвечают ему с непоколебимой логикой, — это же элементарно. Вы покупаете билет на рейс *из* Дубая. А как вы в Дубай попадёте — это ваши личные транспортные проблемы. Мы обеспечиваем вылет *из*, а не *до*. Всё согласно договору оказания услуг, пункт седьмой, подпункт «Г».
На другом конце провода повисла пауза, после которой абонент прошептал:
— То есть, вы предлагаете мне концептуально новый вид туризма: вернуться из места, где я никогда не был?
— Наконец-то вы поняли! — обрадовались в авиакомпании. — Это и есть высшая форма отдыха — ностальгия по непрожитому. Билеты, кстати, уже в продаже.
Встретила подругу, вся сияет. Говорит, наконец купила машину, гордость семьи. «Ну показывай!» — прошу я. А она достаёт телефон и открывает приложение «Госуслуги.Авто» с гордой надписью «Ваш автомобиль забронирован на среду с 14:00 до 15:30». Смотрю на неё молча. Она, понимая мой взгляд, вздыхает: «Да, Вить, это как каршеринг, только обратный. Ты платишь не за то, чтобы взять, а за то, чтобы тебя не забрали. А в среду у нас запланирована семейная поездка в гипермаркет — я уже в очереди на выезд из двора встала». Жизнь прекрасна. Особенно когда твоя машина — это не железо, а слот в расписании судебных приставов.
